Спустя целую вечность, а именно полчаса, Ирис соизволила выйти из спальни. Темно бордовое платье, обшитое по лифу и краю юбки нежными розовыми аметистами, очень шло к ее темным волосам. А серебристые, как у Бастиана, глаза светились радостью и предвкушением. По всему было видно, что девочке нравилось все происходящее вокруг нее.

Взяв братьев под руки, она отправилась знакомиться с отцом.

У дверей тронного зала им встретился Бастиан.

— Баст, познакомься. Это та самая Ирис, наша младшая сестра, — представил ее Кейден.

— Очень приятно, Ирис. Я — Бастиан.

— Ты тот самый монстр, который жрет ведьм? — дерзко спросила она.

— Увы, это я. А ты ведьма? Тебе есть чего меня бояться?

— Моя мама ведьма. Но я никого не боюсь. Ни тебя. Ни вашего папаши.

— Нашего отца, — поправил ее один из братьев.

Двери широко открылись и четверо детей Золотого дракона предстали перед ним.

Старый дракон рассматривал девочку холодно и настороженно. Еще бы, первая девочка, родившаяся в грозной драконьей семье.

— Тебе предстоит многому научиться, чтобы быть достойной семьи, которая принимает тебя.

— Это вам еще предстоит убедить меня, что мне СТОИТ войти в вашу семью.

Самые разные эмоции вызвал этот дерзкий ответ.

От гневно насупленных бровей на лице старого дракона, до веселой улыбки на лице Кейдена. Даже обычно хмурый Бастиан смотрел на сестру с улыбкой.

— Обучите эту особу всему, что ей положено знать, — рыкнул повелитель и махнул рукой, будто прогоняя их, словно не прошенных гостей.

Когда за ними закрылись с лязгом двери, девочка удивленно сказала:

— И это тот, ради кого вы меня сюда доставили?

— Ну, почему же? Мы, кстати, тоже очень рады с тобой познакомиться, — серьезно сказал ей Олих. Так веско и серьезно, что девочка ни на минуту не усомнилась, что это правда.

— И чудовище радо? — уколола она Бастиана.

— А чудовище радо этому особенно, — он подхватил ее под подмышки и подбросил высоко в воздух. С визгом девушка приземлилась обратно в его объятия. Они улыбались, глядя друг на друга совершенно одинаковыми глазами.

Радость и улыбка Бастиана была воспринята его братьями по разному. Кейден был приятно удивлен, а Олих смотрел на него с подозрением. Ему вдруг вспомнилось странное поведение его ведьмочки. Да и слова Урласа об исчезнувшей магии всплыли в памяти. Как-то странно засосало у него под ложечкой.

— Я вас оставлю, — бросил он и стремительно пошел прочь."

"Попав в свои покои, он остановился, прислушался. Вокруг стоит тишина. Тихо проходит в спальню и останавливается, увидев пустую постель. Стоило вспомнить нежную ласку, которой она его разбудила этим утром, как кровь быстрее побежала в его жилах.

Но совсем не об этом он собирался думать.