Врановой, как человек приземленный, выбрал заключительное определение.

Он чувствовал мальчишку, ощущал его. И захожий рубежник почему-то пах… собачьим дерьмом. Тем самым, которое Врановой впервые услышал в квартире мертвой Спешницы.

Пентти не обратил на подобное серьезного внимания. Магия всегда подкидывала странные и порой веселые штуки. С возрастом начинаешь относиться к этому спокойно, как к должному.

Врановой распростер руки и рухнул наземь. Точнее, упала его одежда, из-под которой вылез крупный ворон. Седой, худой, но вместе с тем превышающий в размерах все прочих сородичей.

Каждому рубежнику хист делает подарок после пятого рубца. Говорят, что именно то, что проситель больше всего хочет. Пентти повезло. Он очень хотел стать птицей. И вместе с повышением силы управления друзьями научился становиться вороном.

После нескольких дней вынужденного затворничества полет над городом бодрил и освежал. Пентти чувствовал себя больным, которого наконец выписали из госпиталя. Теперь все будет по-другому!

Нужный дом он нашел без всякого труда. Облетел несколько раз, тщательно принюхиваясь. Здесь уже не пахло рубежником, смердело! Так, что несчастного ворона подташнивало. Значит, никакой ошибки.

Врановой боялся, что это может быть ловушкой той же Инги. После всего случившегося она будет точить на него зуб. Нет, в открытое противостояние не вступит, Травница слишком умна для этого. Скорее начнет ждать удобного момента, когда он оступится. И тогда либо сама, либо чужими руками, вонзит в него нож. Что-что, а ждать Инга умела.

Пентти приземлился перед подъездом и обратился вновь. В голого худого человека. Его не смущало наличие чужан на улице. Те решительным образом не замечали нагого старика, занятые своим делом. Хист снова работал, хист помогал.

Врановой с силой дернул домофонную дверь и та открылась. На нужный этаж он не поднялся, вбежал, как молодой мальчишка, шлепая босыми ногами по бетону. Втянул носом запах у замочной скважины и его чуть не вывернуло. Запах был таким концентрированным и… мерзким. А еще к нему добавлялся дух чего-то другого. Нечисти? Если кузутик или домовой, будет неприятно. Однако не более.

Он с силой толкнул дверь, выворачивая замок вместе с косяком. В лицо ударил яркий свет. Врановой ворвался в квартиру и нос к носу столкнулся с нечистью.

— Ааа! — закричал бес. Точнее, бесовка.

Толстая, с кривыми ногами, короткими рыжими волосами и крупной родинкой над губой. Некрасивая даже по бесовским меркам. Если учитывать, что Врановой презирал нечисть, то она ему показалась и вовсе уродливым созданием. А та еще была полураздетая, словно специально издевалась над Пентти.

— Кто ты⁈ — грозно спросил ее мужчина. — Где рубежник?

— Я Ира. И я не знаю.