Плотное шерстяное покрывало натянула на себя, укрываясь по самые плечи. Ей и без того было жарко из-за разожженного камина в теплое-то время года, но так хотелось спрятаться от всего это в какую-нибудь безопасную норку!

Уснула она на удивление быстро, будто рубильник выключили, и беспробудно проспала до самого утра. Никто ее не побеспокоил.

Свет робко струился в единственное узкое окно спальни, на второй половине кровати было пусто, лишь смятая постель. Организм напомнил о своих потребностях, и стоило идти искать санузел. В предыдущей комнате проживания у нее за невысокой перегородкой стоял табурет с ночной вазой, которую не так уж часто выносили служанки. Но здесь не было подобных запахов, как и перегородок. Значит, туалет придется искать за пределами спальни.

Где может оказаться супруг или вездесущие слуги.

Так что Лиза вначале привела себя в порядок: кое-как одернула и пригладила помявшееся бледно-зеленое полуприталенное платье, которое было частью ее вчерашнего наряда. Вообще-то, зеленый свет ей не к лицу, тем более когда она и так бледная после болезни. Но что поделать, выбирать ей не давали, что принесли, тому и радуйся.

""Однако теперь мне пообещали десять злотых и что-то еще! – с радостью вспомнила девушка. – Можно будет себе нормальную одежду подобрать, по своему вкусу"".

Потом вспомнила, как это разозлило супруга, и настроение быстро испортилось. Неизвестно еще как в итоге выйдет.

Однако организм настойчиво гнал вперед, так что Лиза быстро избавилась от редких шпилек в разлохмаченной прическе, кое-как расчесала пальцами свои светлые, ниже плеч волосы и с волнением направилась к двери.

Шагнув за порог, Лиза замерла и обвела взглядом комнату, еще более просторную, чем спальня. Аж с двумя такими же узкими окнами, большим столом из потемневшего дерева посередине, заставленного посудой, и вокруг которого стояло несколько кресел с резными спинками. Не такие вычурные, какие были у них на свадебном банкете, но тоже массивные и красивые.

Два кресла уже заняты – ее супругом, который был в светлой рубахе, но шнуровка у ворота сильно ослаблена, оголяя часть загорелой кожи, и тем самым Говорливым, который был их соседом на свадьбе."

"Рядом со столом стоял худощавый подросток, от силы лет двенадцати, в одежде, скорее похожей на воинскую, нежели форму слуг. Да и волосы у него были длиннее: вроде у мужчин-слуг здесь волосы чуть ниже ушей, а у парнишки темные волосы до плеч стянуты сзади в хвост, как и у стражников.

При ее появлении мужчины замолкли и уставились. Подросток с кувшином в руках замер и... начал краснеть, будто от смущения.

– Доброе утро, – первой поздоровалась Лиза, прерывая немую паузу.

– Доброе, леди Лисбет, – хмыкнул Говорливый, начиная ее внимательно разглядывать – от волос, лица и до пят.