— Вы угробить её хотите⁈

Старший врач глянул на меня с явной неприязнью во взгляде, а затем скомандовал остальным:

— Грузим!

Я поймал взгляд Анны и указал на пиджак. Она поняла меня без слов и через секунду уже была рядом с каталкой, придерживая его, чтобы не оголять преподавательницу.

— Я буду сопровождать вас до самой медчасти, — тоном, не терпящим возражений, заявила она."

"— Я тоже, — резко произнесла баронесса.

Взглянув на них, старший врач закатил глаза и проговорил:

— Делайте что хотите.

* * *Одногруппники шумно обсуждали произошедшее. То и дело ко мне подходил кто-нибудь, чтобы выразить восхищение моими навыками. Сидя за своей партой, я отвечал с улыбкой, но довольно коротко.

— Да дайте вы уже отдохнуть нашему герою, — заметив это, громко произнёс княжич Пермский, когда ко мне направлялась очередная одногруппница.

Повернувшись в его сторону, я усмехнулся и благодарно кивнул.

Удивительное дело…

Я устал.

Да, комплекс реанимационных мер, особенно его «магическая» часть, требовали от меня максимального сосредоточения, однако этого недостаточно, чтобы так меня утомить.

Сказывалась бессонная ночь и очень насыщенный вечер.

Интересно, как там моя сестра? Пришла ли в себя?

Сейчас я могу уверенно сказать, что вчера очень сильно за неё волновался.

А сейчас меня волнует то, что произошло с Елизаветой Петровной. Что за странный недуг? Жизнь будто бы засыпала внутри неё…

Как это возможно?

И связано ли это с тем, что проректор Киреев уж очень настойчиво искал внимания этой молодой красавицы-преподавательницы?

Погрузившись в свои мысли, я даже не сразу заметил, что в аудиторию вошла тётушка лет пятидесяти с обесцвеченными волосами — преподавательница из тех, что живут в общежитии. Она сбивчиво представилась и начала рассказывать нам о том, почему эмоциональный интеллект руководителя важен для развития его предприятия, и почему он же может мешать планомерному развитию.

А ведь у нас сейчас по расписанию совсем другая пара… Видимо, администрация Академии кем смогла, тем и заменила экстренно ушедшую на больничный Галкину.

Тихонько, словно две мышки, в аудиторию прокрались Анна и баронесса, вернувшиеся из медчасти. Преподавательница понимающе кивнула и ни слова не сказала против. Как ни крути, кроме ныне исчезнувшего Антипова, все преподаватели из общежития довольно милые и добрые.

Примерно на этой мысли меня и застал мощный энергетический удар в грудь.

— Кха… — невольно кашлянул я, привлекая к себе всеобщее внимание. — Простите, — чуть улыбнувшись, поднял я руку, и сделал вид, что вернулся к скрупулёзному конспектированию лекцию.

На деле же я пытался понять, что со мной происходит.