— Кортес, — снова начал Биджар, — пойми меня правильно. Если кто-нибудь, я подчеркиваю, хоть кто-нибудь узнает, что я продал лучшему наемнику Тайного Города подержанную машину и эта машина нужна ему не для того, чтобы ее взорвать, разбить или сбросить с моста, а для личного пользования, надо мной будут смеяться все, включая собак и грудных детей. А когда слух об этом дойдет до руководства Торговой Гильдии, они смеяться не будут, а всерьез задумаются о моем профессиональном уровне.

— Ты сам — руководство Торговой Гильдии, — буркнул Кортес.

— Я лишь один из многих.

— Из семи.

— Из девяти, — поправил наемника Биджар, — но это неважно. Подержанную машину я тебе не продам. Точка.

— На новую у меня нет денег, — отрезал Кортес. — Это тоже точка.

— Возьми у меня в долг, — зарычал шас.

— Не возьму, — наемник налил себе еще коньяк. — Лучше я куплю тачку у челов.

— Проклятый скупердяй, — выругался Биджар.

Услышать подобные слова из уст шаса могли немногие. Это звучало комплиментом.

— Деловые предложения есть? — холодно осведомился Кортес. — Кстати, я уже опаздываю.

— Думаешь, взял меня за горло?

— А ты думаешь иначе?

Биджар снова зарычал, на этот раз тише и как-то невнятно, затем поставил свой бокал на столик и проделал несколько резких шагов взад-вперед.

В душе шаса шла напряженная борьба."

"— Что ты скажешь насчет небольшой рассрочки? — повернулся он наконец к наемнику.

— Насколько небольшой?

— Два дня хватит?

— Ты смеешься? Две недели минимум.

— Что, по твоему мнению, ты делаешь, а? — прищурился шас. — Ты пьешь мою кровь, а еще называется друг. Пятьдесят процентов аванс, остальное в течение недели.

— Никакого аванса, Биджар, — усмехнулся Кортес, — максимум, что я могу, это пара тысяч.

Остальное… ладно, остальное соберу в течение недели.

— Какая пара тысяч? — возмутился управляющий. — Тебя завтра пристрелят, машину взорвут, что я буду делать?

— Биджар, Биджар, — примирительно поднял руки Кортес, — ты же знаешь, что мои дела в полном порядке. Я напишу тебе расписку, и в случае моей смерти ты получишь деньги сполна. Сейчас же я готов заплатить тебе только две тысячи. Идет?

— Идет, — хмуро согласился управляющий и пожал наемнику руку. — Слушай, Кортес, ты уверен, что у тебя в роду не было никого из наших?

— Это у вас в роду кто-то путался с моими предками, — улыбнулся наемник.

 — Кстати, ты не забыл о матче-реванше? Мне звонил Карим Томба и очень настаивал на его проведении.

— У тебя же нет денег.

— Бесяев даст, — пожал плечами Кортес.

Черные глаза шаса внимательно ощупали наемника, и управляющий медленно кивнул.

— Карим мне тоже звонил, я думаю, через пару дней можно будет сыграть.

— Вот и хорошо, — Кортес поставил бокал на столик и оглядел паркинг.