И впивается губами в мои.

От неожиданности я хватаюсь за мужские плечи. Артем придерживает, ласкает… с каждой секундой его поцелуи становятся настойчивыми.

И я пытаюсь сделать, как он велит. Пытаюсь расслабиться. Это необходимо для дела, в котором мы повязли. На этот раз – оба.

Как там говорят? Муж и жена – одна сатана…

Наша жизнь изменилась. Мы сами изменились. Одно осталось неизменным – страсть. Резкая, дикая, обжигающая.

Все происходит незамедлительно, здесь и сейчас. Нежно, но без прелюдий.

- Хочу тебя… - выдыхает тяжело, - скажи мне, Влада. Сколько лет можно быть влюбленным безумцем?

Я тихо смеюсь.

Он каждый раз задает этот вопрос. И я каждый раз целую его в ответ. Так же безумно. И тоже – нежно.

- Вечно… вечно быть безумцем, - шепчу ему в ответ.

- Помнишь секс с незнакомцем? – смеется хрипло.

- Боже… не напоминай.

- Ты ведь поверила, что я лишился памяти.

- Я заставила тебя так думать, - отмахиваюсь я.

- Нет, поверила… да к черту. Неважно. Я пытаюсь забыть, моя лиса.

Мужское тело прижимает меня к стене.

Почти вжимает.

Я сдавленно охаю, а он погружается в меня. Медленно, осторожно, спрашивая разрешения…

И в эту же секунду раздается выстрел. Где-то далеко, но в то же время близко.

Я сжимаюсь непроизвольно, а муж успокаивающе поглаживает. И сдвинуть ноги не позволяет. Берет меня прямо здесь – под звуки стрельбы и начинающейся суматохи. Врывается под пальбу.

- Артем… Артем, что это?! – тяжело дышу, пытаясь справиться с эмоциями.

- Так задумано. Так нужно, лиса… Просто доверься мне, - дышит тяжело.

И в шею целует тут же.

В слабое место кусает, воли бесстыдно лишая.

Звуки в голове стихают, остаются лишь толчки и наше тяжелое дыхание. А еще руки мужа – требовательные, напористые.

- Артем…

- Тише, тише… кричи, кричи.

Кусаю губы, но из них все равно вырывается стон.

- Да, кричи… - хрипит муж, толкаясь в меня глубже, резче.

Я подстраиваюсь под его ритм, под его руки. Послушно развожу ноги, принимая его в себе до конца, до основания, до начала…

А где-то крики, где-то пули… рядом страх и бесконечное удовольствие. Но вырваться нет ни сил, ни желания. И с каждым толчком шансов закончить это безумие становится все меньше и меньше.

Шансов почти нет.

- Да… еще, еще… пожалуйста, не останавливайся, - прикрываю глаза, сжимаясь от каждого движения.

- И не думаю… Моя лиса, моя!

Я послушно обхватываю мужские бедра. Он их сжимает, оставляя отметины там, где никто не увидит. Я разрешаю. Мне не больно.

Мне хорошо. Его поцелуи сводят с ума. Ниже и ниже…

Груди касается холодок, муж стянул платье прочь. Я повисла на его бедрах, сзади – холодная стена.

- Пожалуйста… еще, еще!

Мы взорвем этот вечер. Не знаю, было ли так задумано, но опасность немало сводит с ума. И кричать заставляет громче. И стонать.