— Так, Люда… — покрутил ручку Нетребо. — Вы сказали, что появление Жени у кинотеатра для вас было сюрпризом?

— Ну, не сюрпризом… Видимо, после моего звонка Наталка позвонила ему и тоже сагитировала идти в кино. Может быть, раньше договорились, а тут я… Вот он и взял на меня билет. Словом, я об этом у них не спрашивала. Вы Женьку подозреваете?

— Нет, зачем? Важно знать все. Скажите, Люда, вы не обратили внимания на настроение Наташи?

Люда немного подумала.

— Настроение? Пожалуй, как всегда. Правда, собиралась как-то вяло, словно нехотя.

— Ну, а там, в кино? — погасил папиросу Нетребо.

— А в кино была, как всегда.

— Скажите, кроме вас и Жени, у Наташи были еще подруги, друзья?

— Были ли друзья?.. — Люда на мгновение задумалась. — Конечно, были. Наталка вообще могла быстро знакомиться. Вспомнила! Ее постоянно преследовал один жуликоватый парень.

— Жуликоватый?

— Ну… Он сидел раньше. Вроде за воровство.

— Вы не могли бы назвать его фамилию, имя?

— Зовут Борисом. А фамилия… Кажется, Цапун. Ходил за ней по пятам. Кажется, даже угрожал. Он в Наталку был влюблен по уши.

— А она?

— Смеялась.

«Воспитывать, — говорила, — буду».

— И часто они встречались?

Люда пожала плечами.

— А Женя как же? — снова спросил Виктор Ильич.

— Они однажды с этим, кажется, подрались.

Цапун. Это кличка. Фамилия — Рядно. Отсидел два года за кражу. Освобожден досрочно. Работал водителем в таксомоторном парке. Теперь там же, слесарем. Права забрали — за вождение машины в нетрезвом виде. «А не его ли работа — те ограбления? Наташа, скажем, действительно наводчица. В его распоряжении такси. Номер заменил…» Но тут вмешивается в спор другой голос, более рассудительный: «Не спеши.

В той „Волге“ — отметочка. Да и не пойдет Рядно на мокрое дело».

— Еще вопросы будут? — несмело спросила Люда.

— Да, да, Людочка, — спохватился Нетребо. — Скажите, в тот вечер вам Цапун не попадался?

— Вроде нет.

— Ладно. Прочитайте свои показания и распишитесь. — Он протянул Люде листки.

На два часа дня к капитану Нетребо был приглашен второй свидетель по делу Измайловой, Евгений Виленский. До его прихода времени еще было достаточно, и Виктор Ильич наскоро перекусил в столовой.

Едва вернулся, как в кабинет понуро вошел Сайко.

— Что, Ванюша, ты невесел? Что, голубчик, нос повесил?

— Повесишь тут… — хмуро ответил Иван, снял плащ и прошел к своему столу, пошмыгивая носом. Это был верный признак, что дело у него табак.

— И все же как дела, Ваня?

— Хреново, — отрубил Сайко и подробно рассказал о своих утренних хождениях.

— Палочка-выручалочка, говоришь? Интересно! — глубоко затянулся дымком Нетребо. — Палочка… палочка… Да, если это кличка, то действительно — странная.