– Представь, что это качели. Левая нога и правая. Насколько правую ты утопил, настолько левая должна подняться. Как будто они привязаны друг к другу, понял?

Витька понял. Кажется.

– Ну, давай еще раз…

На проселок с шоссе свернула машина. Здесь никто не ездит, людей нет, лишь изредка протарахтит фермерский трактор. Впереди – кукурузные поля, за ними желтые квадраты подсолнечника, дальше опять кукуруза. И так до самого горизонта. Это, по местному названию, «посадка» – ровные ряды серебристых тополей и акаций, предохраняющие поля от эрозии.

Гусар заметил столб пыли, поднимающийся от колес, и сказал Витьке:

– Глуши двигатель.

Он вышел, пересадил Витьку на пассажирское сиденье, сам сел за руль и свернул ближе к обочине.

– Видишь, плавно. Выжал, переключил… Все надо делать плавно. – Он покачал педалями. – Вот так, понял? Ладно, сейчас проедут, еще раз попробуешь…

Машина приближалась очень быстро, над проселком стоял красноватый пыльный гриб, как от взрыва. Вероника насторожилась.

– А вдруг это гайцы?

– Ага, гайцы, – сказал Гусар. – Напугала ежа голой ж… Да, гля, что он делает?!

Взвизгнули тормоза, захрустел под колесами гравий. Несколько камешков ударились в лобовое стекло. Витька поднял голову. Машина остановилась в метре от капота «жигулей». Это была та самая «приора».

– Батя, слышишь… – проговорил он.

Здесь было что-то не то. Отлетела в сторону водительская дверь «приоры», оттуда как ошпаренный выскочил мужик… В руках у него было ружье.

– Ложись!!! – заорал Гусар, сильным ударом сшибив Витьку с сиденья на пол.

Раздался оглушительный грохот. Он почувствовал, как на спину, на голову что-то сыпется. Стекло. Потолок почему-то окрасился черным. Витька не понимал, в чем дело, пока не увидел мать на заднем сиденье. Она сидела и смотрела перед собой удивленным взглядом, а из огромной дыры в ее голове хлестала во все стороны кровь.

Бах! Бах! Дикий нечеловеческий рев.

– Ты что творишь, сука!

Коротко тявкнул автомобильный клаксон… Перед глазами мелькнула подошва отцова ботинка… Машина сотряслась от сильного удара.

Бах!

…И стало тихо.

Витька сидел, скорчившись на резиновом коврике. Смотрел, как на сиденье с потолка капает кровь. Досчитав до десяти, позвал:

– Батя!

Тихо. Он оперся на сиденье, осторожно приподнял голову. В это время открылась дверца с его стороны, в машину заглянул мужик с ружьем. Он даже не посмотрел на Витьку, открыл бардачок. Выгреб какие-то бумаги, провода, тряпки.

– Ничего нет, – сказал он. – Я же говорил.

– Под сиденьем посмотри, – раздался снаружи женский голос.

Мужик схватил Витьку за шиворот и рывком выбросил из машины. Прежде чем упасть на землю, Витька успел вцепиться в его руку зубами.

– Б…дь!

Удар. Он на какое-то время потерял сознание.