— Так что изменилось? Кроме того, что, если наш род станет сразу княжеским, мы не сможем открыто воевать с имперскими боярами? Зато теперь нам открыты другие пути. Так даже лучше, мой друг. Продолжим гонять британцев, как только они снова объявятся.

— Годунов может начать действовать против нас раньше, — заметил великий князь Тверской.

Я нахмурился и покачал головой:

— Он собирался женить меня на своей внучке. Если бы не выступление императрицы, он и так обозлился бы, когда узнал, что готовиться наша с Софьей свадьба.

В кабинет великого князя вошёл Виктор и принялся расставлять блюда на небольшой столик. Когда камердинер ушёл, я с жадностью набросился на тыквенную кашу и ломтики буженины. Затем перешёл к блинчикам с икрой. Вдоволь набив брюхо, я расслабленно откинулся на спинку дивана.

Андрей Оболенский съел гораздо меньше меня. Опустив голову, он лениво ковырял вилкой сырники.

— Послушай, — обратил я на себя его внимание. — Мы всегда знали, что для того, чтобы создать полноценную космическую цивилизацию, нужны ресурсы всей планеты. Кроме того, нельзя покорить космос, пока у тебя в тылу вошкаются интриганы разной величины. Для того чтобы добиться высокой цели, необходимо возвыситься над государствами. И чтобы выйти за пределы империи, нам в любом случае необходимо перешагнуть через Канцлера.

— Я это понимаю, мой принц, — кивнул Андрей Оболенский. — Просто… Думаю, что всё развивается слишком быстро.

— Это да, — усмехнулся я. — План получил очередную порцию ускорения. Но… — я посерьёзнел, — не об этом сейчас нужно думать. Ты прав, Канцлер может обозлиться. Вот только вряд ли он пойдёт на открытый конфликт. Как оказалось, не всё в империи под его строгим контролем. При помощи родителей и друзей моя новоявленная тёщенька смогла улизнуть из-под носа Канцлера и провернуть столь невероятную авантюру. Теперь ход за Годуновым.

— Вряд ли он попытается оспорить слова императрицы, — задумчиво проговорил великий князь Тверской."

"— Вряд ли, — кивнул я. — Её величество в своём выступлении не позволила ни единого плохого слова в адрес Годуновых. Напротив, подчеркнула важную роль Канцлера в качестве советника императора. Следуя правилам игры, Александр Борисович поддержит её. Да и… — я нахмурился, — если он подвергнет сомнению слова моей тёщи, то даст слишком хороший повод всем недовольным Годуновыми выступить против них. Ведь с точки зрения закона Канцлер правит, потому что так желает император. И если Канцлер идёт против воли императорской семьи… С другой стороны, он может просто заставить императора выступить против слов матери. Но тогда уже императрицу ничего не будет сдерживать, и она публично расскажет о Годуновых много интересного.