И вот тогда с каждым будут разбираться в отдельности. Тебе это нужно? Ты пойми, Матрос, что нас интересует только свидетель, и ничего больше. Даже если он в это время решил выставить чью-нибудь хату, нас это не волнует, не наш профиль. Поэтому можешь не переживать, что кого-то подставишь. – Он специально перешел на блатной жаргон, поскольку прекрасно знал, что именно так надо разговаривать с бывшими уголовниками, тогда они неохотно, но все же идут на контакт.

Матрос внимательно посмотрел на Гурова, потом все же придвинул к себе стакан, отодвинутый Стасом, и только после этого ответил:

– Из нашего брата никто по району по ночам не шарахается. Вам надо среди торчков поискать. Это они в поисках дури и днем, и ночью, как собаки бешеные, кружат по району. Не уважаю я таких.

– Торчки, говоришь? – повторил Стас. – И на этом спасибо. Ладно, отдыхай, Матрос. – И сыщики покинули забегаловку.

В машине Стас открыл свой ноутбук и, пробежав пальцами по клавишам, сказал:

– Сейчас мы посмотрим, к кому можно заявиться в гости. Чтобы уже, как говорится, наверняка. Так, это не то, это тоже не то. А вот это, кажется, то, что нужно, – протянул он, приблизив лицо к экрану. – Карасев Андрей Сергеевич. Родился тогда-то, прописан там-то, проживает там же. Неоднократно задерживался за употребление и распространение наркотиков. Имеет судимость.

– Не понял! У нас что, отдел по борьбе с наркотиками перестал работать?

– Почему? – удивился Стас.

– Ну, если этот Карасев неоднократно задерживался, почему он еще на свободе?

– Да стучит на таких же, как сам, вот и закрывают на него глаза наши коллеги, – объяснил Крячко и, назвав водителю адрес, добавил: – Не переживай, Лев! Сейчас прижмем этого Карасева, никуда он не денется – расскажет все как на духу.

– Если, конечно, что-то знает.

– Даже если не знает, подскажет того, кто знает. У них же знаешь, как? Все про всех знают, так что не дрейфь, найдем мы этого в капюшоне. Жаль, конечно, что времени маловато, но что поделаешь? – развел руками Стас. – Если бы Соболев сразу сдался, а не прятался, как нашкодивший кот, может, убийца уже был бы у нас в руках.

– Если бы да кабы… – Лев отвернулся к окну. – Если бы Розенберг позвонил телохранителю, если бы у телохранителя не прихватило живот и он не побежал бы в аптеку… Если бы Чернодед не убил свою жену… В общем, этих «если бы» можно перечислять сколько угодно, только суть от этого не меняется. У нас с тобой последние сутки, чтобы найти убийцу.

– Ага! Если он еще жив, – усмехнулся Стас, сделав акцент на еще одном «если».

– Ты его хоть в лицо знаешь, этого Карасева? – увидев впереди двух молодых мужчин, спросил Лев, когда они въехали во двор.

Мужчины стояли возле детской песочницы и что-то оживленно обсуждали.