– Ну, тогда я тебя слушаю, – сразу приступил к делу Лев, искренне надеясь услышать хоть что-то стоящее.

Соболев посмотрел на Стаса и сказал:

– Сигареты есть?

Крячко достал пачку и протянул ее Соболеву.

– Оставь себе, еще пригодится.

Сделав несколько затяжек, телохранитель заговорил:

– Видишь, полковник, как получилось…

– Я здесь ни при чем.

– Да знаю я. – Соболев сделал еще несколько затяжек и, выпустив густое облако дыма, спросил, показав на дверь: – А кто этот горлопан? Из министерства прислали?

– Оттуда, – коротко ответил Лев.

– Он очень хочет, чтобы я взял на себя убийство Розенберга, но мне это не нужно ни под каким соусом. Зачем за кого-то отдуваться, полковник?

– Это точно – незачем, – согласился Гуров. – Только ты тоже должен понять, что для этого тебе нужно найти очень весомые аргументы в свою пользу, иначе…

– А иначе пойду паровозом, – закончил за сыщика Соболев.

– Не буду ходить вокруг да около и надеюсь, что и ты, Илья, будешь со мной откровенен.

– Я тебе верю, полковник, поэтому и согласился с тобой говорить. Задавай вопросы – я отвечу. Теперь мы с тобой на равных, – сказал Соболев, намекая на их недавнюю встречу в подъезде.

– Нами задержан один молодой человек по фамилии Нечаев, знаешь такого?

– Этого альфонса? Знаю! – Соболев скорчил такую мину, что Лев сразу понял, как он относится к тренеру. Ведь сам Соболев был из другого теста – настоящий офицер, знающий, что такое честь и достоинство.

– Так вот, у нас есть подозрение, что это он убил твоего хозяина. – Лев хоть и обещал, что будет с Соболевым откровенным, но все же решил пока не открывать перед ним все карты.

– Да ты что, полковник?! – На лице телохранителя появилась легкая усмешка. – Этот дамский угодник на такое не способен.

– Почему ты так думаешь? Мне, например, кажется, что совсем наоборот. Нечаев служил в Чечне, а ты сам знаешь, на что способны люди, побывавшие в горячих точках.

– Нет, полковник. Говорю тебе с полной уверенностью, что это не так.

– Хорошо, Илья. Тогда, может, расскажешь все с самого начала и объяснишь, почему тебя самого не оказалось в нужный момент на месте?

– С самого начала, говоришь? Ну, что ж. В принципе что-то скрывать, как говорится, себе дороже, поэтому слушай, полковник, и запоминай. Я пока еще сам не решил для себя, повторю ли это еще раз под протокол. Если честно, у меня вся надежда только на тебя. Если сможешь найти убийцу в ближайшие дни, тогда, конечно же, повторю свои показания на суде, не сомневайся. А вот если нет – как говорится, на нет и суда нет. В тот вечер мы с Яковом Соломоновичем, как всегда, приехали к Ларисе.

– К Абашеевой? – Гуров достал блокнот и стал делать пометки.

– Да. Все проходило как обычно. Я проводил его до дверей и вернулся в машину.