Когда мы поели его пальцы прошлись по моим губам, моей челюсти, но я не вздрогнула от его прикосновений.

Но это было так нереально, так нелепо, романтично и странно, что я не могла понять мою собственную реакцию, не могла не быть в смятении, разве что совсем чуть-чуть.

Я услышала, как дверь открылась, и звук колес прошелся по полу.

— Вам понравился суп, мисс Кайри? — Спросила Элиза, убирая тарелки и ставя еще что-то.

— Это было удивительно, Элиза, — ответила я, — Спасибо вам.

— Действительно, — сказал он. — Поистине чудесно, как всегда.

— Главное блюдо — лосось,— сказала Элиза, — только что пойманный и запеченный с травами. Рядом с ним вы найдете, сделанное мною пюре из чеснока с зеленой фасолью.

— Да, Элиза, это выглядит потрясающе, — сказал он, его голос был ровным, но звучал с удовлетворением. — А вино?

Я слышала, как открыли бутылку и полилась жидкость.

— Пино-Гри девяносто шестого года, — сказала Элиза. — Это винодельческий район во Франции.— Но мне это ни о чем не говорило.

— Отлично, — сказал он. Его следующие слова были адресованы мне. — У меня есть несколько винных заводов по всему миру, один из которых находится в Эльзас-Лотаргинии. Хотя, признаюсь, я оставил там ту семью продолжать делать вино, потому что они делали это поколениями.

Он взял мою руку в свою и вставил бокал в мою ладонь. Я загнула мои пальцы вокруг его ножки, поднесла к носу и понюхала.

— Я не так много знаю о вине, — призналась я. — Я знаю, что надо вдыхать запах таких вин, но я не знаю, как они должны пахнуть.

Он усмехнулся.

— Возможно, в другой раз, мы постараемся восполнить твои знания в этой области. Но не сегодня. Сейчас, просто наслаждайся.

Я поднесла бокал к губам и сделала маленький глоток.

Святой Боже.

Я сделала еще глоток. На этот раз я подержала вино во рту, ощущая его моими вкусовыми рецепторами.

Раньше я думала, что все это чушь собачья. По телевизору я видела, как богатые люди делали так. Действительно, я ощущала множество различных вкусов, чувствуя их подтекст и намеки, нюансы. Я не смогла бы их идентифицировать или описать, но я могла их чувствовать.

— Ух, ты, — заговорила я. — Удивительно, – слишком хрипло сказала я.

— Ты никогда не пила такого вина, верно?

Я пожала плечами.

— Думаю, что нет. Я имею в виду, я пила вино прежде, однозначно. Но у меня никогда не было бутылки, которая стоит дороже, чем, двадцать долларов.

— Ха-а,— голос его был откровенно насмешливым. — Это не вино.

— Ну, это то, что у меня было. Я могу определить разницу на вкус.

— Это хорошо. Если бы ты сказала что-то вроде «вино — это всего лишь вино», — мне пришлось бы пересмотреть свои взгляды. — Он засмеялся, превращая это в шутку, но я подумала об этом серьезно.