- Нет? - она моргнула и перевела взгляд на меня. – Может ли это быть Валентайн?

Я кивнула.

– Валентайн. Я хотела оплатить штраф, но он был уже оплачен.

- Он связывался с тобой?

Я отрицательно покачала головой.

- Ни слова. - Я пошла в кухню и схватила две банки пива и коробку с остатками пиццы, и села на пол рядом с Лайлой. – До того, как он рассказал мне правду, он сказал «Ты всегда будешь моей, а я всегда забочусь о том, что принадлежит мне. Что бы ты ни делала, у тебя не будет забот. Никогда, несмотря ни на что». - Я сжала банку с пивом и отхлебнула. – Думаю, это его способ напомнить мне об этом. - Я нахмурилась, когда поняла кое-что. – Стой ты сказала снова?

Лайла отпила пива и взяла кусок пиццы.

– Да, за этот и за тот месяц.

Я вздохнула.

– Я не могла. Я хотела начать оплачивать с этого месяца.

Несколько минут Лайла смотрела, на меня, не моргая.

– А что на счет твоей мамы и брата? - Я взяла пеперони и съела ее.

- Он оплатил счета, когда я навещала мать, мне сказали, что на их счет пришло пожертвование, суммы которой хватит навсегда. Так что, я предполагаю, что он купил весь дом престарелых и на ее уход теперь не нужно денег. Обучение Келла оплачено полностью, я даже не знаю, как сказать брату об этом.

- Он заботится о тебе. И о твоей маме и брате.

- Да, – я засунула в рот пиццу, - и о бабушке с дедушкой.

- Но он не звонил тебе, и не писал, ничего, несмотря на то, что ты ушла от него?

- Да.

- После того, как он признался тебе в любви?

- Да.

Лайла уставилась на меня.

– И очевидно, что и ты влюблена в него.

- Почему очевидно?

Она пожала плечами.

- Потому что это очевидно. Ты хандришь.

- Я не хандрю! - Она послала мне взгляд, который говорил «Ты должно быть шутишь».

- Да. Ты хандришь, и я смотрю на это уже три месяца. Даже, если ты этого не признаешь. - Она поставила банку. Это означало, что она говорит серьезно. Обычно она никогда не ставила банку, пока не опустошала ее. – Я не люблю быть в долгу перед кем-то. Но он платит арендную плату.

- Я не знаю, что делать.

- Зато я знаю. - Она сжала мои пальцы. – Тебе нужно разобраться во всем этом дерьме, детка.

- Я пытаюсь. - Она покачала головой.

- Нет, ты не пытаешься. Ты пытаешься думать об этом, пытаясь понять смысл, а дело в том, что во всем этом смысла нет. И никогда не будет. То, что он делает, нельзя с чем-то сравнить. Ты просто должна принять решение и придерживаться его. Прямо сейчас, ты, по сути, зарыла голову в песок и надеешься, что он не уйдет. - Она опустошила бутылку, затем встала. – То, что ты мне рассказала о Росе, свидетельствует о том, что он тебя не оставит.

Я подумала об этом и поняла.

– Ты права. Я знаю ты права. Но я до сих пор не знаю, правильно ли это.

- Не всегда нужно делать то, что правильно. Просто он - лучший для тебя. Единственный.