И вдруг Кир откинул голову назад и начал хохотать, в голос, искренне, от души. Я, приподняв брови, с недоумением наблюдала за ним. И что такого смешного, позвольте узнать? Мы тут уже часа четыре, как ненормальные, спорим из-за каждого договора, не делая друг другу ни малейшей уступки. И вообще, я голодная уже, да и кофе бы выпить не помешало. Я не юрист, так какого черта тут сижу и скандалю с владыкой темных эльфов, хотела б я знать?"

"– Ох. Теперь я понимаю Шермантаэля. – Кир отсмеялся и вытер слезу. – Хорошо, пусть будет поровну. И я очень надеюсь, что в посольстве будет кто-то более уступчивый, чем вы. Это ж кошмар какой-то, с вами совершенно невозможно сотрудничать с выгодой для себя. Вы даже не представляете, как у меня руки чешутся вас придушить.

– Вот и отлично, давно бы так. Я есть хочу, между прочим, а вы тут спорите. – Я ласково ему улыбнулась.

– Знаете, из вас выйдет великая королева. – Он с удовольствием потянулся, и я даже позавидовала, мне тоже очень хотелось встать и потянуться, так затекли мышцы.

– Да, поесть не мешало бы, оказывается, уже вечер, а я и не заметила, так заработалась… Надо бы узнать, вернулись ли Шер с Илмаром.

Он позвонил в колокольчик и задал соответствующие вопросы слуге. Выяснилось, что ребят еще нет, и тогда Кир велел принести нам ужин в кабинет.

Мы спокойно поели, сделав перерыв в наших бурных дебатах, отдохнули, в целом мирно побеседовали ни о чем, что называется, о природе, о погоде. И приступили к двум последним договорам, оставшимся на сегодня. И опять нашла коса на камень, никак не получалось у нас прийти к единому мнению. Кир настаивал на том, что это должно быть выгодно в первую очередь для дроу, ведь они, мол, более развитая и крутая нация и возможностей у них больше. А я не соглашалась с этой националистической бредятиной и отстаивала интересы аэрлингов. Ну а что делать-то? Назвался груздем, так не выпендривайся, грузди. Вот я и груздила Кира по полной программе.

– Алета! Вы совершенно невозможны! – взвыл Кир, вскочил и закурсировал по комнате. – Я вас сейчас все-таки придушу, и плевать мне, что это вызовет мировой скандал. Вы меня так довели, что уже просто трясет. – Он стремительно шагнул ко мне, уперся двумя руками в подлокотники моего кресла и навис, как кара небесная.

Тут хлопнула дверь, и кто-то вошел.

– Отец? Алета? Что у вас происходит? Вы так кричите, что слышно на весь коридор, слуги уже шарахаются от двери.

Я выглянула из-под руки Кира и с улыбкой посмотрела на Шера и Илмара, стоящих в дверях.

– А мы тут договоры заключаем. – Я хихикнула. – А Кир хочет меня придушить. Я ему, наверное, не нравлюсь, – добавила я капризно и снизу вверх заглянула в глаза нависающего надо мной владыки.

Ой! Он сейчас, кажется, на меня накинется. И, похоже, не душить собрался.