Одна сережка и подвеска, выточенные из лунного камня капельки с петелькой из золота в узкой части. Они нам прекрасно подойдут. Только тебе придется отдать мне или сережку, или подвеску. У каждого из нас должен будет остаться один из камней, участвовавший в обряде.

– А, ну да, есть. Подарок папы, он привез его откуда-то из заграницы. Только я потеряла одну сережку уже очень давно.

– Если ты не против, то позволь мне взять сережку. А подвеску ты должна будешь носить на себе всегда, пока я в этом мире.

– Ну сережку мне не жалко, я тебе ее и так просто могу подарить, без всяких ритуалов. Только вот, я стесняюсь спросить, а мне-то это чем чревато?

– Ничего плохого для тебя не будет, поверь, я не причиню тебе вреда. А вот часть моих способностей и возможностей станут доступны тебе. Именно поэтому без крайней нужды на этот ритуал никто не идет.

– Ну-ка, ну-ка, с этого места поподробнее! Должна же я знать, чего мне ожидать. А то если я получу твои способности превращаться в кота и влетать в чужие миры, то, знаешь ли, меня не особо греет эта мысль. – Я нервно хихикнула.

Он рассмеялся и встал.

– Не получишь. Я дроу, а не оборотень. В кота я превратился с помощью одноразового амулета.

Вот затейник, интересно, что он там придумал? Я заинтригована. К полуночи мы сидели на кухне и ждали часа икс. Сережка и подвеска были уже тщательно промыты в проточной воде, самый острый нож наточен еще раз и продезинфицирован водкой. Магия магией, а заработать столбняк от грязного ножа мне не хочется. Луна за окном была огромная, в багровых разводах. Страшно-то как! Меня распирало от волнения и интереса.

В полночь Шер приподнял мою ладонь над миской на столе, а я с перепугу зажмурилась и сразу же охнула от резкой боли. На моей ладони красовался порез, из которого выступила струйка крови. Точно так же разрезав и свою ладонь, он соединил наши окровавленные руки. Мой порез резко защипало, а ладонь буквально горела огнем, как будто на рану насыпали перца. Отняв свою руку, Шер вложил между нашими ладонями сережку и кулон из лунного камня, и снова соединил наши руки. Ладонь онемела.

– Та кахенеро ноао, Шермантаэль дор’Оровиль ун Рейнольд, квартхено шанет моаа. Я, Шермантаэль дор’Оровиль из рода Рейнольдов, добровольно отдаю свою кровь тебе, Алета, беру взамен кровь твою. Повторяй за мной. – Он взглянул мне в глаза. – Кровью своей делюсь, силой своей делюсь, жизнью своей делюсь.

– Кровью своей делюсь, силой своей делюсь, жизнью своей делюсь, – послушно повторила за ним я.

– Отдаю, что могу, забираю, что могу.

– Отдаю, что могу, забираю, что могу, – отозвалась я эхом.

– Отныне и во веки веков, до бесконечности, половина моего – твоя, половина твоего – моя.