Вернее, я никогда к ним и не привыкала… Даже все эти публичные мероприятия в рамках созданного нами проекта и то тяготили, а здесь, в этой московской «ярмарке тщеславия», сложно было втройне.

У Москвы есть удивительная черта… И я не про то, что она «слезам не верит». Можно сколько угодно на расстоянии высмеивать, презирать и отвергать странную тягу нашего брата к тому, чтобы в любой ситуации выглядеть на миллион долларов в прямом и переносном смыслах этого слова, но стоит только попасть обратно в эту среду, невольно твои собственные установки и убеждения начинают рушиться.

Нет каблукам на все случаи жизни? Бриллиантам утром, в обед и на ужин? Нет сексуальным, выгодно подчерчивающим фигуру, но жутко неудобным нарядам? Пойдите хотя бы раз вечером в пятницу в модное заведение Москвы с этими вашими европейскими «демократическими», можно даже сказать, феминистическими установками – и вся ваша жизненная философия разлетится на осколки. Кто бы что ни говорил, но нет ничего неприятнее равнодушно-презрительных взглядов мужчин и снисходительно-насмешливых взглядов женщин в среде, где «встречают по одежке». Может, потом ваш ум и оценят, но «до» придется соответствовать."

"Времени на изыски у меня не было, но и бить лицом в грязь не хотелось. Отдала предпочтение беспроигрышной классике. Идеальному по посадке и качеству ткани черному платью от Диор в обтяжку чуть ниже колен. Оно висело у меня в шкафу уже четвертый год. Купила на выпускной в Архитектурной школе. Вот и хорошо. Вероятность того, что кто-то придет в таком же, минимальна. В Москве все продолжают отчаянно гнаться за новыми коллекциями, мое платье по меркам богатых и красивых старьё… Тонкие, как спицы, шпильки на ногах.

В обычной жизни не ношу, но… Решила все-таки напялить сегодня. Я немного набрала в весе. Расслабилась в Ницце. На самом деле слегка, всего пару килограммов, Роберту нравилось, но… сама я, как все девушки, имела свои представления об идеальном весе. Высокий подъем каблука зрительно делал меня, как мне казалось, эффектнее. Волосы просто загладила утюжком. На лицо – идеальный тон, тушь для ресниц и красная помада. Все-таки меня здесь будут воспринимать как француженку. Надо соответствовать стереотипам, да и красный на губах всегда спасает при чрезмерной бледности кожи, а она у меня почему-то сейчас была именно такой, несмотря на то, что позади лето на солнце и море… Мысль об этом снова засосала под ложечкой. Отодвинула ее подальше и направилась к выходу, где уже ждал Роберт.

Мы приехали, когда почти все гости уже собрались. Быстро поздравили юбиляра, который крутился среди гостей как белка в колесе, но все же уделил нам дежурно-вежливые пару-тройку минут – спросить, как обустроились и как нам Москва.