«Оружие, средства выживания, документы, карты, личный жетон…» — пульсировало в мозгу, и он добросовестно обшаривал одежду, искал потайные карманы, пока не включилось сознание и не подсказало, что ни карт, ни личного жетона найти не удастся. Зато он взял автомат «АКМС-74У» с запасным магазином, почти полную армейскую фляжку и завернутую в тряпицу пищу с острым рыбным запахом."

"— Бежим, быстрее! — Подхватив второй фонарь, он кинулся к бетонной трубе, у ее жерла остановился и пропустил вперед Марину, а сам, выключив свет, вслушивался в темноту, направив ствол в сторону возможной погони.

Но погони не было, и лейтенант нырнул в круглое жерло. Больше всего ему хотелось добраться до мокрого коридора и отмыть руки, отстирать одежду, умыться… И немедленно наверх, на поверхность, и — прочь из Москвы!

Но они прошли уже больше двухсот метров, а труба все не заканчивалась… И еще столько же, и еще… Наконец он понял, что перепутал направление. Для возвращения назад следовало свернуть в правый срез трубы, а они пошли в левый. И куда выведет их этот путь, знал только Господь Бог.

В квадратном туннеле беглецов пока не хватились.

Люди Тепкоева, сменяя друг друга, били ломами в остатки бетонной пробки и выбрасывали из открывающегося прохода отколотые куски. Наконец показались доски, с ними справились совсем быстро. В полого уходящем вниз метровом ходе лежала обычная железная бочка, из нее тянулся под землю толстый жгут кабелей, проводов и жил. Бочку осторожно извлекли из узкого лаза. В ней находился пульт управления, покрытый десятком лампочек, тумблеров, кнопок и рычажков. И хотя Магомет ничего не понял в этом нагромождении, но, взяв прибор в руки, он ощутил такую же силу и могущество, как когда развернул обтянутую гипсом руку с наганом в сторону Энвера Пашаева. Нет, теперь могущество было вообще беспредельным. Потому что на этот раз под прицелом была вся Москва, а может быть, и вся Россия.

* * *Вопросы, которые задавал ведущий, были нетрудными и давали возможность продемонстрировать глубокие знания права, замечательные личностные качества, щедрость и сопереживание чужому горю. Как в теннисе, где легкая подача позволяет блеснуть мастерским ударом.

Конечно, столь умелое ассистирование хорошо оплачивалось.

— Скажите, Сергей Петрович… — Ведущий наморщил лоб, как будто только что нашел самый нужный и важный вопрос. — Вас что-нибудь потрясает? Вы очень уравновешенный и много повидавший человек, но есть ли вещи, которые ранят вас в самую душу?

Респектабельный сорокалетний мужчина забрал в горсть подбородок и задумался. Властное лицо опечалилось.

— Совсем недавно я был потрясен до глубины души. Бандиты зверски убили капитана милиции Шерстобитова.