«Кто может желать моей смерти? От моего убийства никто не получит выгоды. Тогда какой в этом смысл?» – Чернышов попытался успокоить себя подобными вопросами. Но никакого спокойствия ему это не принесло. Тревога только усилилась. «Так, надо взять себя в руки, – сказал себе полковник. – Если бы хотели взорвать машину, то уже давно могли это сделать. А вдруг они выбирают момент, чтобы догнать меня и расстрелять из автоматов?» Такое развитие событий тоже не сулило ничего хорошего. Чернышов прекрасно понимал, что на его «Москвиче» не стоит даже пытаться оторваться от иномарки. Отправляясь в пятницу со службы домой, Павел не взял с собой оружия. В своей машине полковник оборудовал тайник, где постоянно держал газовый пистолет. Но для серьезной перестрелки такой пистолет не годился. «Почему это обязательно должно быть покушением? Возможно, за мной просто следят», – Чернышов уже исчерпал все успокаивающие аргументы. Этот был последним. В конце концов он решил действовать так, словно не заметил пристроившегося за ним «Опеля».

Такая тактика водителя иномарки вполне устроила. Он ехал за «Москвичом» полковника почти до самого авторынка – не сокращая расстояния, но и не отставая. В районе авторынка машин на улицах заметно прибавилось. Как раз в этот момент водитель «Опеля» быстро догнал Чернышова, но не стал его обгонять. Вместо этого он дважды мигнул фарами, а затем – сигналом правого поворота, предлагая остановиться. Павел уже разглядел, что в нагнавшей его иномарке, кроме водителя, никого нет. Водитель за рулем выглядел вполне миролюбиво, да и выбранное им место беседы совсем не подходило для покушения. Полковник мысленно назвал себя паникером и, свернув к тротуару, остановил машину. Следом за ним тот же маневр повторил водитель «Опеля» – и тоже запарковал свой транспорт возле тротуара.

Чернышов не стал вылезать из «Москвича». Через зеркало заднего вида он с интересом наблюдал за преследователем. Тот выбрался из своей машины и направился к Павлу. Хозяином «Опеля» оказался невысокий мужчина средних лет, коротко подстриженный и с седыми висками. Одет он был не броско – и в то же время очень элегантно. По понятным только ему признакам Чернышов сразу определил в подошедшем мужчине сотрудника спецслужбы. «Скорее всего разведчик, – подумал полковник. – Так одеваются только люди, которые долго прожили за границей».

– Здравствуйте, Павел Андреевич, – поприветствовал его подошедший. – Вы меня, очевидно, не знаете. Поэтому представлюсь. Полковник Бабичев Владимир Борисович, Федеральная служба охраны.

Свое представление Бабичев сопроводил демонстрацией служебного удостоверения, чтобы у Чернышова не осталось никаких сомнений в истинности его слов.