Ничего интересного в беготне по природе на жаре лично я не нахожу и совершенно не понимаю туристов, которые идут на это добровольно.

Минут через пятнадцать мне показалось, что я вот-вот сдохну, а чуть позже – что уже помер. Но потом я как-то втянулся. Не скажу, что полетел впереди всех, но продышался и зашагал бодрее.

Наконец следопыт, шедший впереди, остановился и заявил:

– Если кто-то из сеньоров хочет курить, то сейчас самое время. – Он тут же полез за табаком.

Я остановился рядом, сбросил рюкзак, плеснул на ладонь воды из фляги и принялся смывать с физиономии паутину и прочую дрянь, прилипшую к ней.

Я пару раз глотнул водички, уселся на поваленное дерево и с удовольствием вытянул ноги.

– Где находится имение? – спросил китаец, на зависть свежий, будто все это время не шлялся по горам да зарослям под палящим солнцем, а мирно дремал в тенечке.

Гуйлинь положил на землю рюкзак, уселся сверху, достал портсигар, предложил сигарету мне и угостился сам.

– Надо перевалить через этот небольшой холмик, – сказал проводник и даже показал пальцем, который именно.

Лично мне он таким уж крохотным не показался.

– То, что вам нужно, находится внизу, у подножия.

– Понятно, – буркнул мой напарник, махнул рукой и что-то негромко сказал молодому китайцу, подскочившему к нему. – Как себя чувствуете? – спросил он.

– Просто прекрасно, – искренне соврал я. – Хоть сейчас на дискотеку. А вы?

– Возраст, мой друг, – так же честно отозвался он. – Признаться, переход меня несколько утомил. Как вы посмотрите на то, чтобы с полчасика передохнуть?

– Если вы настаиваете, – с благодарностью отозвался я, закрыл глаза и тут же вырубился.

Глава 17

На графских развалинах

С запада над усадьбой нависала невысокая, но довольно крутая скала с плоским карнизом, поросшая всякой зеленью.

Там, на травке, между двумя причудливо изогнутыми карликовыми деревцами и устроился мой новый напарник.

– Что скажете? – не поворачивая головы, поинтересовался он, когда я подполз поближе.

– Порядок, – кое-как ответил я.

Не могу сказать, что был на удивление свеж и полон сил.

Помните сказку о русском богатыре Штирлице? Тот умудрялся, поспав минут пятнадцать, носиться потом целые сутки как ужаленный по Третьему рейху и вытворять все, что душа пожелает.

Поверили? Надеюсь, нет.

Провалявшись в забытьи минут сорок, я с большим трудом очухался и тут же почувствовал себя еще более, мягко говоря, не комфортно, чем на маршруте. Не знаю уж, какую гадость мне вкололи несколько дней назад в холле гостиницы, а потом еще и в номере, но выводилась она из организма вяло и медленно.

Поэтому мне пришлось заглотнуть кое-что тонизирующее. Терпеть не могу принимать одну химию поперек другой, но иного выхода просто не просматривалось.