– Господин Ямада извлек из карманов и аккуратно разложил на столе массивный золотой портсигар, кабинетную зажигалку и футляр для очков.

Он достал из пачки сигарету, прикурил от совсем другой зажигалки и заявил:

– Сам не верю в происходящее.

– Целиком и полностью с вами согласен, – сказал я и выложил на стол миниатюрный приборчик, очень похожий на мобильный телефон, но не являющийся им.

Теперь высокие беседующие стороны могли не опасаться прослушки. «Зажигалка» и мой «мобильник» напрочь исключали ее возможность.

– А почему вы все-таки решили увидеться со мной?

– Исключительно ради приятного общения.

 – Китаец снял очки с толстыми стеклами, аккуратно сложил дужки и засунул в футляр. – Позвольте, кстати, представиться. Меня зовут Юй Гуйлинь. С большим удовольствием услышу, как звучат ваши русские имя и фамилия. – Он смешно пошевелил редкими, аккуратно постриженными усами.

Кстати, мой визави опять стал прекрасно говорить по-английски. Мерзкий акцент, которым он изводил меня недавно, совершенно пропал. Совсем как у другого профессора из романа. Если не ошибаюсь, того звали Воланд.

– Сергей Вильегорский.

 – Уверен, не более одной сотой процента жителей Поднебесной смогут правильно выговорить эту фамилию, столь заковыристую не только для китайца.

У всех остальных язык просто завяжется в морской узел.

– Очень приятно. – Мой собеседник изобразил легкий поклон. – Искренне рад нашей встрече.

– Взаимно. – Я поклонился в ответ.

Китайцы, как известно, обожают церемонии и ни за что не начнут серьезную беседу, пока минут десять не потратят на эту ерунду. Принято у них так, ничего не поделаешь.

Только вот сейчас нам обоим было не до любезностей.

В мозгу у меня вдруг что-то щелкнуло, и бешено заработали шестеренки.

С этим милым человеком мы точно где-то пересекались. Осталось только вспомнить, где и когда. Уверен, он задавал себе тот же вопрос."

"– Господин Вильегорский! – совершенно четко произнес он. – Примите мои глубочайшие извинения. Там, в Иберии, я был несколько груб с вами. Видите ли, я принял вас за обычного мелкого нахала на посылках у серьезных людей.

– Что вы, какие, право, пустяки, – совершенно искренне ответил я.

Если бы этот старый головорез тогда принял меня за того, кем я и являюсь, то мне не удалось бы отделаться так легко.

Будем считать, повезло.

– Кстати, вы изумительно говорите по-английски. – Китаец слегка раздвинул губы в улыбке. – Вот только не пойму, куда делся ваш чудный техасский акцент?

– Все меняется. – Я, в свою очередь, тоже мило улыбнулся. – Совсем недавно у вас не было ни этих роскошных усов, ни пигментных пятен на руках, а сейчас вот появились.

– Вы правы. Многое в этой жизни меняется, порой достаточно неожиданно. – Он отпил виски и поставил стакан на место.