Кажется, Тано… Точно, Тано Дэлк.

— Ничего господин Дэлк, всё в порядке, ведь это я вас не заметила, — вдруг она, сама не зная зачем, спросила: — Скажите, почему вы выбрали этот факультет? Учились бы сейчас в главном здании, наравне со всеми студентами… Но похоже, вы один из немногих, кто доволен своей судьбой? — Нэл заинтересованно смотрела на парня. Что-то творится в этой рыжей голове?!

Дэлк покрылся красноватыми пятнами, и заправил за ухо непослушную тонкую прядь, было видно, что он не знает куда деть свои длинные руки и отчаянно смущается.

— Ну… — он никак не мог посмотреть ей в глаза, и судорожно соображал, что сказать на этот неожиданный вопрос.

 — Предсказателей хватает и без меня, да и способности эти никуда не денутся. А бытовой магией я никогда не занимался, даже не знал, про эту свою склонность. Я ведь был уверен, что попаду на факультет предсказаний, и вдруг, выбор… Вот и решил, почему бы и нет? — а что ещё он мог сказать? Не сообщать же декану, что выбрал коричневую сферу в надежде, что попадёт на её факультет! Тано покраснел ещё больше.

— Не многие по своей воле сделали бы этот выбор.

Не жалеете? Ваши одногруппники вот не в восторге, — Нэл горько усмехнулась."

"— Нет, не жалею. Здесь интересно, а ещё спокойно, похоже на мою родную деревню, — сконфуженно ответил студент.

Что же, она понимала его даже очень хорошо. Сама выросла в глуши, и, поначалу, скучала по той простой и тихой жизни. Она кивнула: — Понимаю вас, мне вот тоже эта обособленность нравится… Ну, идите, догоняйте остальных.

Дэлк попрощался, снова покраснев, и ушёл.

“Да… вот что значит свободный выбор! Остальных-то заставили сюда прийти, вот они и недовольны, а этого всё устраивает.

Он ведь сам так решил. И так ли нужно это распределение? Что толку от предрасположенности к определённому виду магии, если душа не лежит к нему? Может было бы разумнее давать студенту выбор, а решение Кристалла оставить, как рекомендацию? Хотя… кто бы пришёл тогда сюда учиться?” — Нэлис стала собирать свои конспекты, на душе было премерзко!

В тот момент, когда она уже собралась домой, перед ней возник почтовый голубь её отца, серый с белым брюшком, всклокоченный и, на вид, вечно недокормленный. Вообще, птица могла быть любой, у родителей были голуби, так что и Нэл выбрала себе голубку.

Особенностью такого вида связи было то, что окружающие видели магическое создание, но слышать, что оно говорит, мог только адресат крылатого письма.

Птица, голосом отца, продиктовала ей ответное послание. Господин Воярр просил дочь быть осторожной с сыщиком, и организовать им с мамой разовые пропуска в академию на ближайший выходной.

Передав послание, голубь растаял в воздухе, а в душе Нэл шевельнулось какое-то смутное беспокойство.