Дверь каюты мягко отъехала в сторону, и в помещение лёгкой походкой вошла по-мальчишески тоненькая, весьма миловидная, но, увы, далеко не юная женщина. Её блестящие, гладкие тёмные волосы были уложены в высокий тугой пучок, а синий китель Космического Флота сидел безупречно на стройной фигуре. За годы службы майор Мэралайн Клинтс научилась двигаться практически бесшумно, но знала, что командор, будучи ларком с врождённым острым слухом, её услышал. Медленно подойдя со спины, она встала напротив экрана, полностью скопировав позу старшего по званию.

– Протуберанцы? – спокойно спросила таноржка, рассматривая изображение Соло.

– Протуберанцы, – в тон ей промолвил командор.

Однако невозмутимый голос начальника не мог обмануть Мэралайн. Она слишком хорошо знала, что означают эти фонтаны газа, удерживаемые магнитным полем звезды. Порой Соло вело себя как обычное светило, а порой вот так. Женщина прочистила горло.

– Командор, я уверена, что капитан Келлан справится. Он уже много лет служит в Космофлоте и знает все особенности данной звезды. Вам не о чем волноваться.

Мужчина медленно кивнул, продолжая напряжённо думать о чём-то своём. Неожиданно коммуникатор на его запястье ожил, издав очень низкий щёлкающий звук: «Тиньк-треньк-треньк». Галактион нажал на кнопку «принять вызов». По центру каюты прямо из воздуха соткалась голограмма Нейта Бруно.

– Командор, прошу прощения, что отрываю вас от дел. Я тут в рубку зашёл. Так вот, первый пилот спрашивает, летим мы на Юнисию напрямую или всё-таки сделаем по пути ещё одну остановку, чтобы набрать кадетов на Миттарии. Мне как медику этот вопрос принципиально важен. Если остановка будет, я попросил бы разрешения закупить некоторые лекарства…

Ларк отрицательно качнул головой, и крохотные разноцветные бусины в его волосах тихонько тренькнули.

– Нейт, я всё понимаю. Видел твои отчёты, лекарства действительно необходимы, но закупишь их в другой раз. Ты сейчас нужен на Юнисии. Мы все там нужны.

Миттар нахмурился и поджал губы, отчего те стали практически белыми.

– Соло шалит?

Офицер кивнул.

– Шварх! Так и знал, что не стоило покидать Юнисию, – выругался док, а затем добавил ещё пару крепких ругательств, которые никак не вязались с образом добродушного пожилого медика – Три месяца затишье было… Как чувствовал!

Губы Мэралайн дрогнули в подобии улыбки, но она быстро вернула лицу серьёзное выражение и позволила себе вмешаться в разговор:

– Уважаемый док Бруно, вы всё-таки служите в Космофлоте и, значит, общаетесь с кадетами. Будьте добры не использовать в своей речи такие слова.

Миттар фыркнул.

– Поживёшь с моё – ещё не так будешь выражаться.

– Всё-таки Мэралайн права. Действительно не стоит, Нейт, – мягко возразил командор.