Выбросив из сумки всё кроме карандашей и тетради, выскочила из комнаты и заторопилась к лестнице.

В подвальном этаже, где располагались лаборатории, я оказалась впервые. Студентам госмагии просто нечего было разрушать, поэтому основными местными обитателями считались лекари, артефакторы и бытовики. Боевики прекрасно справлялись и с уничтожением полигонов, поэтому их сюда просто не пускали – лабораторная защита для них оказалась бы слишком хилой."

"Пройдя до конца сумрачного, со стенами из необработанного камня коридора, я упёрлась в тупик и задумалась. Времени оставалось всё меньше, а лабораторий с нужным номером не оказалось ни одной, как и предположений где её искать. Может, стоило уточнить? Потому что оббежать за оставшиеся пять минут все пять корпусов академии – так себе идея… но бежать не пришлось. Услышав за спиной гулкие шаги, я обернулась – ко мне неспешно подходил ректор Оллэйстар.

– Добрый вечер, лиерра Грасс. – Он прошёл мимо, остановившись перед тупиком, и приложил раскрытую ладонь к стене. – Видите что-нибудь?

Каменную стену? Древний чадящий факел? Мифическую некромантскую пентаграмму?

– Значит, не видите, – констатировал Оллэйстар спустя пару мгновений. – Будьте добры, подойдите.

Легко. Сделав пару шагов, я остановилась на расстоянии вытянутой руки и вопросительно подняла бровь.

– Ближе, лиерра Грасс. – С тенью улыбки он взял меня за руку и потянул, заставив сделать последний шаг. Между нами осталось слишком мало пространства, чтобы я могла чувствовать себя в безопасности, но, кроме моей обострившейся паранойи, ничего страшного не происходило. – Не бойтесь, я не причиню вам вреда, всего лишь привяжу отпечаток вашей магии к проходу, чтобы вам не приходилось ждать меня в коридоре. – Прищурившись, он смерил меня внимательным взглядом. – Я ведь могу рассчитывать, что после этого толпы студентов не ринутся в закрытые лаборатории?

ЛабораторИИ?

– Можете, ректор Оллэйстар. – Друзей у меня нет, а если бы и были, шаргха с два моё любопытство дало бы поделиться такой тайной.

– Прошу прощения, – ровно отозвался ректор.

Спросить за что я не успела.

Неуловимым движением Оллэйстар развернул нас, поставив меня перед собой, и, продолжая крепко удерживая, приложил мою раскрытую ладонь к тому месту, где ещё недавно лежала его. Мне даже испугаться не пришлось, вперёд страха пришла боль, да такая, что я взвыла, пытаясь отдёрнуть руку. Но куда там… Оллэйстар держал крепко, не давая не то, что сдвинуться с места, даже повернуть голову и то не получалось!

А ладонь продолжало жечь так, словно я приложилась к стоящему на очаге чайнику. Или кастрюле. Или к любому другому раскалённому металлу.

И даже тёмные искры, лизнувшие пальцы, казались уже не гибелью, а избавлением.