Мой фамильяр с недовольным верещанием отцепился от мантии и побежал раскидывать между камнями прочные клейкие сети.

— Записываем, не зеваем, в противном случае, лекцию допишите очень нескоро, — поторопила я адептов, и они заработали карандашами ещё быстрее. — Кто знает, как можно победить призванную нежить?

Адепты Тисса и де Нава тут же вытянули руку, но их сбивчивые ответы заглушил громкий крик и отчаянная ругань Кристиана. Я обернулась на вопль и увидела, как по груди де Ареона быстро стекают вниз ручейки алой крови.

— Господин декан! — завопила де Нава и побежала к нему, наплевав на учуявшую запах крови нежить и мои яростные крики. — Я помогу вам!

С этими словами, Лива закрыла глаза и, не целясь, выпустила в сторону скелета луч чистой энергии.

— Твою мать, — выругалась я со стоном. — Ну почему именно ты всё испортила? Адепты, живо за мной, будете записывать на бегу! Если умертвие после вызова не подвергалось магической атаке, его можно победить только физическим воздействием, чем собственно и занимались декан де Ареон и Фая!

— «Собственно» выделять запятыми? — крикнул мне в спину неугомонный адепт Соло.

— Как хочешь! — бросила я через плечо, добравшись, наконец, до Кристиана и Ливы, намертво вцепившейся в него двумя руками.

— Физическим воздействием победить нежить гораздо проще, чем после любой, даже базовой магической атаки, которую нам любезно продемонстрировала адептка де Нава! — выпалила я, сжимая в руке горячую, как кипяток, подвеску. Ладонь прожигало насквозь, но я упрямо терпела."

"Сзади раздалось пронзительное верещание. Я обернулась и увидела, как меня подзывает Фая, указывая сразу тремя лапками на прочную сеть между двумя высокими могильными камнями. Я сделала шаг по направлению к ней, затем другой, двигалась таким образом, чтобы не терять зрительный контакт с глазницами вызванной нежити, в которых поблёскивали редкие искры магического происхождения.

Мне удалось завладеть вниманием скелета, чем тут же воспользовались другие адепты. Стоя на безопасном расстоянии, они непрерывно строчили карандашом в своих тетрадях, поглядывая то на меня, то на создание из костей.

Я же зачитывала вполголоса заклинание успокоения, усовершенствованное моей мамой — знаменитой некроманткой Катариной де Савеллина. Словно завороженная змея, извивающаяся под дудку факира, я покачивалась из сторону в сторону, не прекращая читать его по памяти. Параллельно успевала чертить левой рукой в воздухе сопутствующую формулу, чтобы энергия, покинув тело скелета, растворилась, не успев причинить никому существенного вреда.