Раньше сплетни были просто сплетнями, теперь же появились свидетели и фактические доказательства нашей «встречи».

Завтра половина школы придумает совершенно непристойные версии сюжета на фотографиях. Если повезет, пойдет слух, что я пыталась его соблазнить. Если не повезет, истории будут более мерзкими.

Когда я была уже у двери, из офиса вышла Джесс.

– Эй, – остановила она меня. – Я поговорила с ней. Она знает, что Джаред устроил тебе ловушку… и его сюда не приглашали. Прости, что бросила тебя одну.

– Спасибо. – Я почувствовала облегчение. По крайней мере, тренер не должна на меня злиться.

– Не стоит. Только, пожалуйста, не рассказывай никому, что я за тебя заступилась. Если люди узнают, что Джареду из-за меня грозят проблемы, ничего хорошего не будет, – объяснила Джесс.

– Ты его боишься?

Похоже, Джаред был довольно влиятельной фигурой в школе.

– Нет. – Она покачала головой. – С Джаредом все нормально. Если его спровоцировать, он может вести себя как настоящая сволочь, но у меня с ним никогда не было проблем. И если честно, похоже, ты единственная, на кого он нападает… образно выражаясь, конечно. – Джесс прищурилась, явно о чем-то задумавшись.

– Да уж. Повезло мне.

– Джареда уважают, поэтому мне не хочется, чтобы на меня накинулись за то, что я сдала его.

Она приподняла брови, словно ожидая, пойму ли я.

Я кивнула, гадая, какими заслугами, черт возьми, Джаред заработал такую преданность окружающих.

Глава 7

Следующие несколько дней внимание ко мне немного поутихло, но не полностью.

Кто-то слышал, что мы с Джаредом занимались сексом в раздевалке. Кто-поверил в то, что я заманила его туда, пытаясь соблазнить. И совсем немногие считали, что он пришел туда сам, чтобы пригрозить мне за случай с Мэдоком. Однако вне зависимости от версии на меня все пялились и перешептывались за моей спиной.

– Эй, Тэйт. Ты в раздевалках только сексом занимаешься или минеты тоже делаешь? – крикнула мне в спину Ханна Форрест, предводительница злобных сук школы, когда я шла на математику. Ее приспешницы тут же захихикали.

Повернувшись к ней, я прижала руку к сердцу:

– И оставила бы тебя без работы? – Наслаждаясь ошарашенными выражениями на их физиономиях, я развернулась и направилась в класс.

И когда уже почти скрылась за углом, улыбнулась, услышав поток ненормативной лексики со стороны Ханны и ее компании. Меня и прежде называли стервой, однако услышать в свой адрес слово «шлюха» было гораздо противней. Стервозность – это механизм выживания. Стерв уважают. Но не шлюх."

"Видимо, Джареду не особо досталось за проникновение в женскую раздевалку, потому что он не пропустил ни одного дня занятий. Он не смотрел на меня, абсолютно игнорируя сам факт моего существования даже на нашем совместном уроке.