– Эмм… ладно. С днем рождения! – замешкалась с ответом Кейси, но за мной уже захлопнулась дверь. Конечно, я поступила грубо, но мои мысли были сосредоточены на другом.

Кинув куртку и сумку на пол в гостиной, я медленно поднялась по лестнице, заметив, что моя комната открыта, отчего свет просачивался в коридор. Мне не было страшно, только сердце все равно колотилось, а руки дрожали.

Войдя в спальню, я увидела сидевшего на ограде балкона Джареда. Он выглядел растрепанно, но неотразимо – джинсы подчеркивали узкие бедра, волосы сексуально взъерошены. Мои руки просто изнемогали от желания его обнять."

"Я хотела простить его и забыть обо всем в ту же секунду, однако гордость не позволила.

К счастью, он не дал мне шанса принять решение.

– Ты это искала в моей комнате? – Джаред указал на толстую папку, лежавшую на моей кровати.

Мое лицо, должно быть, залилось пунцовой краской. Целый день я размышляла о его поведении, гадала, о чем он так боялся мне рассказать, но абсолютно забыла, что, швырнув ему ту фотографию, дала понять, зачем на самом деле пришла к нему вчера. Мне же хотелось показать, что догадываюсь о том, что здесь замешана какая-то тайна.

– Давай, – тихо предложил Джаред. – Посмотри.

Лишь на мгновение засомневавшись, сказал ли он это всерьез, я подошла к кровати и нагнулась, чтобы открыть папку. И задохнулась от ужаса.

В ней лежали фотографии, похожие на ту, что я нашла. А на них мальчик… нет, не просто мальчик… Джаред, окровавленный, в синяках. Просматривая стопку из порядка тридцати снимков, я иногда встречала на них лицо четырнадцатилетнего Джареда. На остальных были запечатлены только определенные части его тела.

Разложив все снимки, я внимательно изучила каждый.

Они детально изображали различные травмы: на ногах, руках, но в основном на торсе и спине. Я увидела исполосованную ранами спину, которую теперь покрывали бледные шрамы.

Приложив кулак ко рту, попыталась заглушить стон шока и сострадания.

– Джаред, что это такое? Что с тобой произошло?

Он опустил глаза, и я поняла, что ему трудно подобрать слова. Джаред не принимал жалость, особенно если жалели его.

Поэтому я молча ждала.

– Мой отец… он сделал это со мной, – тихо произнес Джаред, словно ему тяжело было в этом признаться даже себе. – И с моим братом.

Я резко подняла голову, встретившись с ним взглядом. Что?! Братом?

У Джареда, как и у меня, не было ни братьев, ни сестер.

А он продолжал:

– В тот год, перед девятым классом, я так ждал каникул, чтобы провести лето с тобой, но ты же помнишь, что вдруг объявился мой отец, который столько лет не давал о себе знать, и захотел со мной встретиться. Я поехал к нему. Я почти и не помнил его – мне было года четыре, когда я видел его в последний раз. Мне хотелось узнать, какой он.