Возле моего дома Никита припарковался и зачем-то заглушил мотор. Решив не уделять чужим странностям пристального внимания, я было открыла рот, чтобы поблагодарить и распрощаться, как Мороз вышел из машины и, заправив руки в карманы брюк, направился в сторону моего подъезда. Пришлось спешно догонять наглого типа.

– Ты что творишь, Мороз? – шипела я, вынимая ключи.

– Убеждаюсь в твоей сохранности, а что тебе не нравится?

А больше всего мне не понравилось как раз-таки упоминание о собственной сохранности, до недавних пор ничего важного мне сохранять не приходилось! Я прошипела:

– Шел бы ты уже… по своим делам! Сильнее всего моей сохранности угрожает нервный срыв от тесного общения с тобой.

– Радоваться надо, что хоть кто-то за тобой приглядывает. У тебя действительно никого нет? В таком случае, ты лакомый кусочек для всяких проходимцев, – со знанием дела выговаривал мне в лифте Никита.

Я задохнулась от возмущения – главный проходимец в моей жизни вещает о других, гипотетических, угрожающих моему благополучию!

– Мама у меня есть, просто она сейчас в отпуске, – пробурчала недовольно. – Друзья еще…

– И когда вернется твоя мама? – Мороз смотрел свысока, даже не пытаясь скрыть насмешку, чем неслабо завел.

– Не твое дело! – огрызнулась. – И вообще, тебе-то что за резон за мной приглядывать? Ты мне не жених и не родственник, да даже не близкий друг семьи, – возмущалась я, отпирая дверь.

Говорила, впрочем, шепотом, чтобы сильно не радовать любознательных соседей.

– У нас с тобой все гораздо лучше – товарно-денежные отношения. Так что мы, как деловые партнеры, заинтересованы в благополучии друг друга.

– Ну-ну, – хмыкнула я на манер Мороза, отстраненно заметив, что уже начала перенимать его привычки.

Не поверила ни единому слову и удалилась в спальню, негостеприимно бросив квартиранта в коридоре. Хотя не думаю, что Никита из тех, кто растеряется от чужой неучтивости и будет в нерешительности топтать коврик возле входной двери.

Ко второму свиданию с Женей я тщательно готовиться не стала. Распустила волосы, слегка подкрасила глаза и губы и переоделась в незатейливое платье, которое, тем не менее, сидело на фигуре как надо. Поверх накинула «косуху» – с любимой кожаной курткой в это время года я предпочитала не расставаться, что сильно раздражало бабушку, а еще ее ровесницу, Любовь Петровну из пятой квартиры. В общем, на героиню романтических грез, если таковые у кого имеются, в тот вечер я явно не тянула.

– Я готова и сохранна как никогда, – объявила я Никите, который нашелся на кухне. – Можешь считать свою миссию выполненной.

– Вау, – в ответ тот присвистнул и отложил полусъеденную булку, оставшуюся после завтрака.