Мы были приблизительно в пятидесяти метрах от тыльной стены цели. Я глянул на свои наручные часы — около шести часов до рассвета. Я проверил наушник и оба микрофона — все на месте.

Чарли проверял свою связь. Убедившись, что его наушники в порядке, он нащупал датчик, свисавший на шнуре, прикрепленном к отвороту его короткой вельветовой куртки, и тихо и медленно сказал:

— Это группа «Альфа». Мы можем начинать?

Даже британцы с трудом понимали его сильный йоркширский акцент; хрен его знает, поймут ли его правильно американцы.

Он говорил с самолетом «Пи-3», кружившим в семи с половиной тысячах метров у нас над головами. Самолет был напичкан тепловым оборудованием для оповещения нас о любой угрозе, нависшей над нами во время выполнения задачи, и, кроме того, у него на борту находился невероятно мощный инфракрасный радар. Я убедился в том, что мой квадрат, сделанный из люминесцентной ленты, площадью около шести квадратных сантиметров, все еще находился на моем плече. ИК-луч с борта самолета был невидим невооруженным глазом, но отражения наших квадратов выделялись на их мониторах ярко-красными пятнами. Если нас обнаружат и мы столкнемся с упорным сопротивлением, по крайней мере «Пи-3» смогут направить ГБР (группа быстрого реагирования) в нужное место.

Ответ с «Пи-3» раздался и в моем наушнике:

— Угу, свободная зона, группа «Альфа», свободная зона.

Чарли не удостоил их ответом и просто выключил телефон. После этого он подошел ко мне и прижал губы прямо к моему уху:

— Если я не выберусь оттуда, ты сделаешь кое-что для меня?

Я глянул на него и кивнул, после чего озвучил вопрос:

— Что именно?

На щеке я чувствовал тепло его дыхания:

— Верни Хэйзл те три фунта, что ты мне должен. Это часть моего наследства.

Чарли слегка улыбнулся, и эта улыбка вполне могла обеспечить ему статус поп-звезды. Сто лет прошло с тех пор, как он заплатил за тот мой гамбургер, но то, как он об этом вспоминал, могло заставить подумать, что он оплатил мою закладную на дом.

Он откатился от меня в сторону и пополз вперед. Он знал, что я буду вторым в линии, а Полу-Зад будет прикрывать тыл. У Полу-Зада тоже имелись свои средства связи, но он засунул наушник в карман куртки. Он должен был быть нашими глазами и ушами, в то время как нам с Чарли предстояло делать свою работу."

"Было сыро и грязно, и мои джинсы и куртка моментально промокли. Я уже пожалел, что не надел перчатки и еще одни штаны.

Как и остальные, я внимательно смотрел на те части цели, за которыми не мог уследить «Пи-3»: на окна. Прожектора и тот поросячий визг должны были отвлекать внимание обитателей поместья на фронтальную стену здания, но все равно мы замирали при малейшем движении и надеялись, что нас все-таки не увидели и не услышали.