Ирина и Поли помогли мне собрать сменные вещи: две туники, пошитые из крепкой ткани, сменное нижнее бельё, лёгкие кожаные мокасины и сапоги с высоким голенищем - на случай, если придётся двигаться по заболоченной местности. Плотный плащ с капюшоном, подбитая мехом безрукавка, и даже сделанные когда-то по моему специальному заказу кожаные перчатки.

- Друзья, - обратилась я к своим помощникам, - всё готово?"

"- Да, госпожа гиатрос Аглая, - с поклоном Леон показал на увесистый мешок, что сжимал в руках - там лежали мои хирургические инструменты, я брала их на всякий пожарный случай. Не стоит рассчитывать лишь на голую магию. - Мы все хотели бы отправиться вместе с вами... - завёл он старую песню, и остальные отчаянно закивали.

- Нет, - твёрдо ответила я, - ни в коем случае. Вы останетесь и будете помогать гиатросу Иринеосу, один он не справится. Мы не можем так его подставить.

Из дома выходили через тайную дверцу внутри дома, которая выходила в глухой узкий проход между нашим строением и соседним. Пройдя по нему в противоположную от основной улицы сторону, вышли в переулок, где нас уже ждала телега. Две спокойные лошадки щипали редкую травку, росшую на обочине.

Эол сидел на месте возничего, при виде нас улыбнулся и приветственно махнул рукой. Помощники сложили наши мешки с едой, одеждой, инструментами в телегу. Гиатрос Иринеос, что-то тоже положил и, крепко обняв меня на прощание, сказал:

- Аглая, дочка, береги себя. У меня нет детей, Боги не наградили, но они мне дали тебя, - его слова тронули меня до глубины души и слёзы снова застили глаза, мешая нормально видеть. - Пусть твоя путеводная звезда ярко освещает вам путь. Пусть невзгоды обходят стороной. Я не сомневаюсь в том, что у тебя всё получится. Ты покажешь им всем! - старый целитель, сжав сухонький кулачок, грозно им потряс, - они ещё ни раз пожалеют, что вызвали твой гнев.

- Спасибо, гиатрос Иринеос, - улыбнулась я, смахивая непрошенные слёзы.

После него обнялась с Медусой, она тихо шепнула мне в ухо:

- Подозреваю, что на вас обрушила свой гнев Богиня юности - прекрасная Геба, она давно любит нашего полемарха, вот и ревность взыграла.

- Я запомню, - кивнула благодарно.

С помощью Агаты взобралась в телегу, и села на мягкие мешки. Никто так и не спросил, куда именно мы едем, а я никому не стала говорить. Так правильно.

Выехав за пределы Спарты, Эол наконец-то уточнил:

- Госпожа гиатрос Аглая, куда направить лошадей?

- Эол, просто гиатрос будет достаточно, - сказала ему и добавила, - в поселение кентавров в дальнем Восточном лесу.

Удивлённо расширившиеся глаза моих спутников, вызвали у меня невольную улыбку.

10

Дорога тянулась пыльной лентой по равнине в сторону далёких холмов. Телегу трясло, но я уже попривыкла за сутки пути.