Успокоимся. Чем нам это может грозить в перспективе? В целом в долгосрочной перспективе, наверное, ничем таким уж страшным. Только вот…

Подумаем. Савин — инфантильный идиот. Он привык, что ему ничего не надо делать. Сидит, балдеет. Ни за что не отвечает. Получает деньги по больничному. Уверен почти на сто процентов, что лист у него фальшивый. Скорее всего, либо по знакомству получил, либо просто купил. И он труслив.

А вот теперь переходим к самому неприятному. В этой ситуации виноват я. Скорее всего. Позволил себе минутную слабость насладиться его ошалевшей мордой, когда сообщил, что наша жуткая начальница отдела кадров хочет его увидеть. Если уж на остальных сотрудников эта женщина такого страха одним своим появлением наводит, то что будет с нашим любителем валяться на постели и смотреть сериалы по фальшивому больничному? Правильно, он начнёт трястись от страха от одной мысли о том, что на него наконец обратили свой взор. И попытается это исправить.

А что делают все инфантильные лентяи, когда им приходится спешно делать что-то, чтобы по голове не настучали? Решить проблему максимально быстрым и удобоваримым способом.

И именно здесь крылась основная опасность.

— Насть, Савин приходил в отдел после встречи с клиентом?

— Да, — ответила Лазарева. — Сказал, что сам всё закончит и чтобы я не смела прикасаться к этому делу…

— Только тебе?

— Да, я…

— Стоп!

Меня неожиданно осенило.

— Ты сказала ему, кто ты такая?

— Д… да.

Она точно что-то не договаривает.

— Настя, в чём дело?

— Он написал заявление на тебя. Я узнала у девчонок в отделе кадров, когда искала Светлану Сергеевну.

— Какое ещё заявление?

— Что ты не соответствуешь занимаемой должности, не выполняешь свою работу и прочее, прочее, прочее. Там перечень на два листа.

Так. Надо сдержаться, чтобы не заорать. Спокойно.

— И ты решила только сейчас мне об этом рассказать?

— А почему ты думаешь, я тебе больше двадцати раз звонила? — обиженным тоном спросила она. — Я и хотела…

— А сейчас? В самом начале ты не могла сказать⁈

— Так ты спросил, и я…

Ладно. Плевать.

— Где он сейчас?

— Я не знаю. Правда. Он забрал все бумаги по делу и уехал. Сказал, что покажет, как нужно решать такие дела, и чтобы я ни к чему не смела прикасаться до его приезда.

То есть он настолько сильно боялся потерять нагретое место, что готов даже закуситься с Анастасией, прекрасно зная, какая у неё фамилия? Так, что ли? Или же дело в чём-то другом?

Мне в голову пришла мысль. Вспомнилось знакомство Ксюши и Насти. Я даже немного обдумал её, едва не откинув в сторону как сумасшедшую. Не может же быть всё настолько глупо?

— Хорошо. Я буду… — быстро глянул по сторонам и попытался сориентироваться. — Буду минут через двадцать.