Подойдя к алтарю и, взяв в руки кинжал с чёрным обсидиановым лезвием, я сделала на пальце небольшой прокол. Кожа треснула, и несколько капель горячей алой крови капнули на древние письмена, значения которых знали лишь служители храма.

""Я не хотела нарушать клятвы, но мне не оставили другого выбора"" — мысли текли спокойно, не торопясь, чётко выстраиваясь в ясные и разумные предложения. Я просила прощения не только за себя, но и за Кая.

— Я всё ещё люблю его, — в голосе прозвучала боль, сердце сжалось, словно стиснутое железными обручами. — И поэтому должна отпустить, — взгляд устремился к статуе с женским лицом. Великая мать смотрела на меня печально свесив голову. Казалось, что в глазах её блеснула слеза. Однако всё это было лишь игрой света и тени. Каменные статуи не умеют плакать, в отличие от людей.

— Я… кхм, — кашлянула, чтобы прочистить горло, в котором застряли слёзы. — Я не держу зла и снимаю с него все клятвы. Так было, — рука коснулась надписей на алтаре, — так есть и так будет.

Произнеся последнюю молитву и, смахнув со щеки слезы, я сразу направилась на выход. Находиться внутри было слишком тяжело и невыносимо. Я думала мне станет легче, однако снятие клятв произвело на меня обратный эффект. На шею будто повесили огромный булыжник. Но стоило мне переступить порог, как булыжник чудесным образом раскололся, и сердце, наконец, возвратилось к прежнему ритму."

"""Всё же это благовония на меня так повлияли. Храм слишком сильно накурили"" — мысль промелькнула, но тут же исчезла из-за резкой острой боли в области запястья. Я уже приготовилась к худшему, однако приподняв рукав платья ничего там не обнаружила.

— Похоже, мне нужен отдых, — буркнула я себе под нос. События последних двух недель изрядно подкосили меня. Неплохо было бы сходить развеяться, прогуляться, навестить старых подруг… Хотя стоп! Сначала нужно разобраться с делами, а потом уж думать об отдыхе!

Постояв ещё не много у храмовых ворот, чтобы прочистить мысли, я отправилась в городскую администрацию, которая находилась чуть ли не на другом конце Ломарда. Поймав экипаж, я была там через минут двадцать. Рядом с административным зданием находился городской суд, туда-то я и направилась.

Народу сегодня было много. Такое ощущение, что в здании собралась вся столица. Пёстрая, разношёрстая — от хулиганов мальчишек, уличённых в различных правонарушениях: кражах, драках, побегах из дома, до аристократов, желающих заполучить свою долю наследства. Шныряли здесь и дознаватели. Одного из них я даже узнала.

Клаус, собственной персоной.

Зелёного дракона с его белой шевелюрой и изумрудными глазами сложно не приметить. Хорошо, что я для него так и осталась незамеченной.

Ловко обогнув толпу каких-то малопонятных девиц, я юркнула в коридор с лестницей.