Приятно? Конечно, приятно! Мне, по крайней мере.

Не став терять время, добавил. Ударил локтём его в горло, услышав приятный слуху гортанный хрип.

— Ах ты сука! — взревел второй и кинулся на меня.

Правда, до цели не добрался. Я толкнул к нему его же стонущего дружка. А когда тот запнулся, от всей души врезал ногой в левое колено. Удар получился на радость хороший. Настолько, что коленная чашечка с мерзким и влажным щелчком вылетела из сустава. Полный боли крик оказался приятным дополнением.

Что, уроды⁈ Решили, что я вам лёгкая добыча⁈ Разбежались!

Я со всей силы врезал ублюдку по лицу.

А затем ещ раз, чувствуя, как кожу срывает с костяшек. Зато его челюсти сейчас было куда хуже. Добавил ещё ботинком по зубам, когда он упал на землю. Для закрепления результата, так сказать. Не ожидали, да? Небось привыкли, что можете запугать любого?

Правая нога вспыхнула болью. Зазнался. Не ожидал. Второй амбал успел очнуться и достал откуда-то нож. Полоснул меня лезвием по бедру так, что нога загорелась пламенем от боли, а штанина быстро начала пропитываться кровью.

Гад расплылся в кровожадной улыбке и попытался ткнуть меня ножом в живот, но получил брошенным за лямку рюкзаком в лицо.

Дерьмо, они что, серьёзно? Реально меня убить собрались⁈ Вон, уже второй кое-как поднялся на ноги и, хромая, пошёл на меня. Морда вся в крови. Во рту части зубов не хватает. А на лице такое выражение, что ничего хорошего мне явно не светит. Здоровяк сунул руку себе под куртку и достал нож.

Они реально хотят меня убить! Я чувствовал по волнам эмоций, что расходились в стороны. Чистая и незамутнённая жажда крови. Сейчас им плевать на последствия. Я ощущал их эмоции так ярко, словно они были мои собственные… да они и были такие же! Я хотел жить и умирать не собирался! Уж лучше пусть эти говнюки сдохнут, чем я!

— Лучше бы ты нас послушал, мелкий ушлёпок, — сипло выдавил тот, которому я разбил лицо, подходя ко мне с одной стороны.

— Да, засранец, — хрипло выдавил второй, держась за промежность. — Я тебя лично прирежу!

— Себя прирежь, говна кусок, — зло бросил я, пытаясь придумать, что делать.

Мужик улыбнулся. Сделал шаг ко мне…

…а затем сам воткнул нож себе в горло.

Глава 10

Ещё раз просмотрев свои конспекты, Виктор Димиров окончательно понял, что уже ни черта не может разобрать от усталости.

Написанные синими чернилами на белой бумаге буквы сливались друг с другом, превращаясь в какую-то непонятную, малоразборчивую ерунду. И дело даже не в печально известном «врачебном почерке». У Виктора как раз-таки никогда с этим проблем не было. Писал-то он аккуратно.

Просто устал. И следовало это признать. Стрелки часов на столе перед ним успели перевалить за полночь. А ведь завтра лекции в училище, затем практика в клинике.