По крайней мере, твой дед было достаточно заботливым, чтобы солгать мне, Адриано. И у него хватило вежливости не плюнуть мне в лицо.

Меццасальма делает небольшую паузу. Он наливает немного вина из нашей бутылки, отпивает, затем продолжает.

— Ты процитировал историю об искушении Христа сатаной.

— Тебе нравятся другие истории?

— Да.

— Больше всего мне нравятся английские. Рыцари круглого стола… меч в камне… владычица озера…

— Когда-то давно я услышал одну английскую историю, которую никогда не забывал. Примерно во времена короля Артура один деревенский мальчик поймал детеныша дракона, которого англичане называли «червяком…» Он бросил его в колодец и забыл о нем. Червь рос и рос в темноте… и наконец, спустя много лет, он вылез из колодца и стал убивать всех, кто попадался ему на глаза.

— Лучше всего убивать дракона, когда он еще червяк… ребенок. Так сказать, задушить его в колыбели."

"— Твой дедушка вытащил меня из грязи и дал мне колодец, чтобы я жил в нем… Но он бросил колодец. И он бросил меня. Когда я попытался вылезти, твой отец ударил меня по лицу и сказал, чтобы я оставался там, внизу. Он сказал мне, что я должен знать свое место. И вот я вырос, как дракон в сказке. Я поднимался по карьерной лестнице в семье, на которую работал… Я укреплял свою власть в сельской местности, пока не стал действительно человеком, которого боялись. А потом я убил своих работодателей. Я задушил их детей в колыбели… и взял все в свои руки. Я быстро разбогател. Много героина поступает из Северной Африки через южную Сицилию, а оттуда — в Европу. Я стал тем человеком, кто обеспечил его транспортировку. Но я жаждал чего-то большего. Сицилия — маленький остров, и я устал от него. Я, можно сказать, перерос свой колодец. Потом я узнал о смерти твоего отца. И хотя мне было неприятно, что Леонардо игнорировал меня все эти годы, я оставил его в покое. Потому что был в долгу перед твоим дедом. Но теперь, когда твоего отца не стало, мне стало любопытно. Мне было интересно, стали ли ты и твои братья сами молодыми драконами… Или вы просто щенки, которых нужно утопить в мешке. И я решил убедиться в этом сам. Я решил отправиться в путь, как твой дед… Заявить свои права в Тоскане… И взять то, что я хочу. То, что мне причитается.

Меццасальма делает паузу, чтобы докурить вторую сигарету и зажечь третью. Выдыхая дым, он смотрит Адриано в лицо.

— Удивлен? Есть много вещей, о которых ты не знаешь, мальчик. Потому что твой отец скрывал их от тебя.

— А теперь они открываются, — говорит Адриано с улыбкой. — Как копошащиеся червяки, которых ты видишь, когда переворачиваешь камень.

Меццасальма не находит это забавным.

— Мне нужен Фабрицио Леттьери, — холодно требует он.

— Так иди и найди его. Я тебя не останавливаю.