Чего ж мы от них прячемся?

– Значит, на контейнерах есть какой-нибудь штамп, на который наши коллеги обратят внимание.

– Замечательно. До штурма остаются часы, а мы не знаем, ради чего будем проводить его…

– Думаю, Крымов еще сообщит, как опознать нужные контейнеры. – Тимохин разложил перед Шепелем карту: – Давай показывай, как будешь действовать.

– Как же мне вся эта подготовительная хрень осточертела, кто бы знал… Ну, чего в карты-то играть? Я же был у поста, все просчитал, на хрена еще чего-то расписывать?.. Ну, гляди, начальник. Выхожу – по твоей команде, естественно, – к подножию перевала…

Выслушав майора, Тимохин сказал:

– Молодец, задачу усвоил.

– А ты сомневался?

– Отдыхай. Пойду поговорю с Гариным и Шматко, нашим экипажем машины боевой.

– Ступай, Саня, с богом… О, блин, орел свалил куда-то. Ему-то чего сваливать? У него в небе начальников нет…

– В 2.40 построение.

– Да помню я все. Иди уже!

Шепель устроился поудобнее и повернулся лицом к ветвям кустов. Тимохин же пошел на позицию майора Гарина. Но лишь он сделал несколько шагов, как к нему подбежал старший лейтенант Колданов:

– Командир, вас полковник Крымов срочно на связь вызывает!

– Срочно, говоришь?

– Так точно!

– Ну, тогда пошли.

Взяв трубку, командир «Ориона» ответил:

– На связи!

– Принимай информацию, как опознать контейнеры с нашими модернизированными ПЗРК.

– Подожди… – Тимохин кивнул связисту: – Слава, посмотри вокруг, коллег по отряду поблизости не видно?

Колданов обошел позицию, вернулся, доложил:

– Никого, товарищ полковник!

– Продолжай смотреть. И чтобы ни один американец сюда не подошел.

Колданов вышел за куст, а Тимохин возобновил переговоры по спутниковой станции:

– Слушаю тебя, Крым!

– Короче, комплексы находятся в оцинкованных ящиках, опломбированы.

На пломбах герб страны.

– А чего на ящиках не написали: «Сделано в России»? Большими буквами по всему контейнеру?

– Не додумались. Не все же такие умные, как ты…

– А гербовые пломбы поставить додумались, идиоты, мать их…

– Идиоты. Но теперь ты без проблем опознаешь контейнеры.

– Их еще найти надо… На самих комплексах опознавательные знаки есть?

– Только цифровые. Но по ним страну-изготовителя не определить.

– На ракетах?

– Нет. Ты готов к работе?

– Конечно.

Держи «вертушку» в постоянной готовности к вылету. Где-то в полшестого, если все пойдет по плану, Харсон вызовет Родионова.

– Экипаж к вылету готов.

– И это радует. У тебя все?

– Для тебя – да, с Харсоном переговорю позже.

– Давай. Он ведет себя неуверенно. Но это пройдет, как только начнем работу. И еще, Крым, предупреди Родионова, чтобы не сразу заходил на посадку в район, что обозначит Харсон. Прежде пусть свяжется со мной – как только подойдет к плато севернее перевала Джикунзи.