А для чего им оптика, если в такую светлую ночь они без биноклей и прицелов видят метров на пятьсот впереди себя? Этого для них достаточно.

– И для нас достаточно. А может, пройдемся еще немного? Впереди неплохая полоса кустарника.

– Зачем? Мы и отсюда быстро выйдем к лагерю. До него не более восьмисот метров. Как раз десять минут быстрого сближения. Ну, а если задержимся минут на пять, не беда. Без контрольного сеанса связи Дак не поведет «Ирбис» на штурм.

– Интересно, как дела у американцев…

– Нормально дела, иначе Харсон уже достал бы нас."

"– Тоже верно… Черт, ждать два часа. И чего вы не запланировали штурм на 4.30? До шести закончили бы. Как раз поднялось бы солнце, подошла бы «вертушка», и ушли бы спокойно.

– Неизвестно, как отработают цели снайперы.

– Ты сомневаешься в Шматко и Санееве?

– Я опасаюсь, как бы тросы лебедок не преподнесли нам неожиданных и неприятных сюрпризов. Ребятам придется висеть на тросах, и возможности изменить положение, если их вдруг развернет, не будет. До скалы они не достанут. А это может кардинально изменить обстановку. Одно дело валить «духов» в домах, другое – вести с ними бой в ущелье, где им каждая рытвина, каждый валун, каждый куст известен. И потом, мы не знаем, в каком состоянии у них БТР. А если он выйдет на открытое пространство, то жечь его нам будет нечем. Гранатометы-то с собой не взяли…

– Э-э, Саня! Не беспокойся, у меня есть отличное средство против бронетранспортера.

– Ты о плащ-палатке?

– Именно! Надо будет только взобраться на этот чертов БТР и накрыть башню палаткой. Затем пару гранат в моторный отсек, под стволы пулеметов – и дело сделано.

– На словах все легко, Миша…

– Я же сказал; если в ходе штурма произойдет сбой, БТР я беру на себя, а значит, в бой он не вступит.

– О’кей, как говорят наши коллеги. Ты со вторым домом поаккуратней работай. Мутный он какой-то…

– А чего там мутного? По-моему, это склад.

– Склад, в который сутки никто не входил? Что же в нем хранится?

– Узнаем.

– Узнавай, но предельно аккуратно!

– Да отработаем мы этот лагерь! Впервой, что ли?

– Ладно, Миш, всё, молчим, смотрим…

– Смотри, а я кемарну часок. Не выспался днем, солнце достало, заставило вокруг куста ужом ползать…

Время текло медленно. За постами моджахедов непрерывно наблюдали командиры диверсионно-штурмовых групп. На выносных постах часовые по-прежнему бдительно несли службу, чего нельзя было сказать о боевике, охранявшем сарай. Тот, недолго думая, устроился на бревне, облокотясь о стену здания. Автомат он держал между ног, но не спал и анашу не курил. Впрочем, перемещаться по лагерю ему не было никакого смысла – он и так все видел от сарая. В задачу же пятого часового входила охрана пленных, что он вполне обеспечивал.

Стрелки часов приближались в отметке 5.45.