Что же касается меня, то первое, что я сделаю, так это оповещу через Крымова наше руководство об отказе американской стороны в должной мере обеспечивать работу сводного отряда. Это чтобы начальству спокойно в кабинетах не сиделось. Даже заявлю, что в подобных условиях не вижу возможности участия «Ориона» в операции по освобождению американских военнослужащих и уничтожению лагеря талибов.

– Но на самом деле ты же не выведешь «Орион» из игры?

– Нет, конечно. Не пойдете же вы без нас на штурм Джабала… Не справитесь ведь, Джон?

– Не справимся.

– Так какой может быть разговор о выходе кого-либо из игры? Но думаю, Харсон добьется выделения техники. Подождем, время у нас пока есть.

– О’кей, Алекс! Ты к своим?

– Да. Надо подготовить лебедки, отработать задачу со снайперами. Когда мне ждать Ларсена?

– Сейчас прямо и пришлю.

Тимохин не успел собрать бойцов «Ориона», как появился сержант Ларсен и обратился к Александру:

– Сэр, полковник Дак приказал убыть в ваше распоряжение.

– Проходи, Пол, не стесняйся, будь как дома.

– И кружку доставай, – подмигнул товарищу Шепель, – попотчуем спиртиком брата по оружию!

– Сколько времени, майор? – взглянул на Михаила Тимохин.

– Без двадцати десять.

– Что-то я не вижу, чтобы ты собирался сменить на посту наблюдения Дрозденко.

– А чего мне собираться? Я всегда готов.

– Пойдешь к ущелью вместе с Санеевым и Ларсеном.

– С удовольствием.

– Прапорщик Санеев! – Тимохин повернулся к снайперу.

– Я, товарищ полковник, – ответил снайпер-санинструктор группы «Орион».

– Сержант Ларсен выведет тебя к месту, где можно установить лебедку, с троса которой ты будешь отрабатывать из «винтореза» восточные посты «духов». Посмотришь там, что к чему: где установить лебедку, на сколько спуститься незаметно для врага, чтобы двумя выстрелами гарантированно поразить часовых… В общем, осмотришься. Давайте, ступайте! Сержант Ларсен, ведите к ущелью прапорщика Санеева. Шепель, с ними на пост наблюдения!

– Есть, командир!

Ларсен с Санеевым ушли к месту установки правой лебедки. Шепель прошел к посту наблюдения, прилег рядом с Дрозденко:

– Ты еще пролежни не нажил, Андрюша?

– Нет, Миша, канавка удобная. Один недостаток – тени нет. Но с утра солнце не так пекло, а вот тебе достанется.

– Мне на зной плевать. Докладывай, что там у них в лагере?

– Да ничего особенного. Смену в 10.00 «духи» не провели – видно, либо на четыре часа выставляют часовых, либо на шесть.

– А может, и по двенадцать часов держат.

– Вряд ли. Тяжело двенадцать часов на посту службу тащить.

– Талибы – ребята закаленные, натренированные; да и что за служба на этих постах? Это тебе не у нас на вышке торчать. Полеживай себе за пулеметом, смотри за ущельем, и все дела.