Успех ислама породил новую аристократию, всеми помыслами которой завладели материальные ценности, роскошь и власть.

Границы ортодоксии были проведены так чётко, что оставляли самых вдумчивых и искренних без какого бы то ни было религиозного руководства, отвечавшего их потребностям. По мере того как росли земные богатства и слава веры, она приспосабливалась к эгоизму и высокомерию привилегированных классов и всё дальше отступала от простого примера и законов Пророка.

Возникновение мусульманского и христианского мистицизма почти в точности аналогично. Многие суровые обычаи обоих вероисповеданий появились в результате отвращения к разложению, царившему в общественных системах того времени. Ордена флагеллантов[201], возникшие в средневековый период в Италии и распространившиеся в большей части Европы, свидетельствовали о реакции коллективного сознания общества.

Суфии изначально принадлежали к той системе религиозного мистицизма, которая называется квиетизмом. Квиетист ищет спасения от насущных потребностей жизни в уходе в себя, освобождении разума и чувств от всех житейских проблем и направляет силу своего сознания на приобщение к божественной любви и постижению. Многие группы квиетистов имеют отличную репутацию благодаря добрым делам и практическому вкладу в развитие общества. Они пребывают в мире, но не принадлежат ему. Они обычно выбирают занятия и профессии, не связанные с конкуренцией, и отказываются содействовать деструктивным политическим курсам. Их позиция, противоположная той, что одобрена политикой и временем, зачастую неправильно воспринимается окружающими. Поэтому членам этого течения приходится переносить несчастья и унижения и доказывать свою честность, терпеливо и без злобы встречая оскорбления, которыми их осыпают. Мир ещё не понял, что для проявления терпения и смиренности, нужно быть по-настоящему сильной личностью.

Квиетисты могут организовываться в группы или секты, либо оставаться членами признанных орденов. В большинстве случаев они могут приобретать авторитет, следуя образу жизни великих пророков и святых, чей пример восхищает ортодоксов, но не применяется ими на практике.

Поначалу суфии стремились найти духовное утешение, которое, согласно их представлениям, и составляло сущность мусульманской доктрины. Они выделялись всего лишь постоянством, с которым придерживались духа откровения. Им было чуждо стремление к роскоши, свойственное их современникам, и их высмеивали за то, что они не разделяют успешной, но неэтичной стратегии ближних."

"Квиетизм, однако, почти неотвратимо приводит к религиозным переживаниям, выходящим за пределы простого благочестия и терпения.