Они были убеждены, что Лао-цзы открыл модель всех вселенских процессов, и их воодушевляло величие грандиозного эксперимента по возрождению человеческого сознания.

В своё время появились так называемые алхимики-практики, которые обрели престиж, вполне соответствующий их усилиям. Это привело к тому, что их стали считать исключительно учёными или одарёнными личностями и часто предоставляли им доступ даже к императорскому двору. Они составляли разные лекарства и давали бесчисленные обещания и, наделённые даром убеждения, ухитрялись сохранить за собой сферы влияния в течение долгих лет.

Некоторые из них несомненно обладали мастерством, очень немногим была известна какая-то часть эзотерической традиции, но их мотивы не всегда бывали безупречны, и о том, чего они достигали, остаётся только догадываться.

Постепенно алхимия просто свелась к поискам научного метода изготовления золота и достижения физического бессмертия. В результате возникло странное и непонятное занятие, обычно кончавшееся нищетой и смертью.

На рис.: Китайский алхимик, раздувающий свою печь.

Побочным результатом этого ограниченного интереса стал общий упадок даосизма.

Появилась детально разработанная литература, в которой самые свежие верования и научная практика были перемешаны и запутаны до полной неразберихи."

"Совершенно очевидно, что по-настоящему просвещённые учёные не хотели, чтобы их отождествляли с имеющими «идеи фикс»[264] изготовителями золота. Хотя истинные мудрецы и допускали, что принцип образования золота универсален, и признавали, что семена золота существуют во всех вещах, они не были заинтересованы в выращивании этого растения в промышленных масштабах.

Так постепенно среди этих химиков произошло разделение.

Те, кто обладал действительным знанием, не желали делиться им с бессовестными охотниками за богатством. В своё время почтенный даосский Адепт отказался от какой бы то ни было причастности к общедоступному даосизму, и доктрина как эзотерическая философская система тотчас же начала приходить в упадок. К VIII веку н. э. философский даосизм практически исчез, а секта скатилась на свои нынешние религиозные позиции. Он превратился в вероисповедание, позаимствовавшее многие ритуалы, церемонии и формальные структуры у буддизма.

Остались только легенды, содержащие намёки на более древние концепции учения.

Буддизм оказал неуловимое, но глубокое влияние на китайскую алхимию. Следует напомнить, что китайский буддизм — это не просто этическая доктрина, преподанная Гаутамой. Когда она достигла Китая, она уже была включена в детально разработанный пантеон божеств и святых. Буддийские архаты обладали большей частью магических способностей, которые даосские алхимики стремились развить.