Здесь вскоре раздастся взрыв такой силы, что стены особняка содрогнутся, а карпы в пруду подскочат.

* * *"

"Я смотрю на Кирилла Трубецкого. Он переминается с ноги на ногу

— Дуэль?.. — неуверенно пробует сын боярина. — Почему сразу дуэль?

Я лениво пожимаю плечами:

— Ну вы же сами, Кирилл Русланович, заявляли, что вы боярин из древнего рода. С прекрасными традициями, дворянской честью и прочим. А значит — должны отвечать за свои слова. В чём проблема?

Он моргает ещё раз. В этот момент из толпы выныривает князь Морозов.

— Кирилл, — говорит князь развязно, — побойтесь бога.

Вы родителям живой нужны. Извинитесь перед Данилой Степановичем. Не надо усугублять.

Рядом поддакивает Маша Морозова:

— Да, извинитесь. И тогда Данила Степанович вас простит…

Я киваю непринужденно.

— Это, к слову, тоже доступная опция, — проговариваю. — Извинитесь. Заберите слова обратно. И мы так и быть забудем этот неприятный момент.

Дуэлиться с наглой недорослью мне, откровенно, не хочется, но он же сам нарывается. Да, он старше меня, но толку? Котелок вообще совсем не варит, раз обвиняет графа во лжи.

Одновременно я удерживаю связь с Ломтиком — вижу его глазами, мой пушистый лабрадудель следит за Паскевичем.

Тот, зажав живот, мчится в дальнюю уборную. Остальные туалеты уже вышли из строя, как бы случайно. Но самую дальнюю уборную оставили для подрыва

Я мог бы дать команду прямо сейчас. И бабах. Но…

Если он действительно тот, о ком я думаю — Тёмный Попутчик, наставник Короля Теней — то одного взрыва ни фига не хватит. И тогда начнётся то, к чему я не готов: бой без чётких правил. Пока слишком мало информации о Демоне. Его сила, ранг, виды магии— всё это туман.

И я не прыгаю в омут, не проверив его на глубину. Да и подмога мне вовсе не помешает. Причем серьезная.

Именно сейчас, по моему ментальному приказу, Лена отходит в сторону. Спокойно, как будто просто решила пройтись по саду. За пристройкой она достаёт артефакт-связь и настраивается на Организацию. Пусть великие маги сыграют в шахматы, если Паскевич и правда оказался темной лошадкой.

Передо мной всё ещё топчется младший Трубецкой, побледнев после слов о дуэли.

— Нет, — говорит Кирилл, глотая слюну. — Будет дуэль.

Я не трус. И не отступлю.

— Ох, ну и дура…кхм, отважный, — вздыхает Морозов.

Я снова пожимаю плечами.

— Как вам угодно, — говорю спокойно. — Но не сегодня. Сегодня праздник в честь княжича Паскевича. Не будем портить его вечер. Завтра.

Трубецкой кивает, словно осознав, во что вляпался.

— Хорошо. Буду ждать звонка.

Ну вот и славно. Сын боярина отходит, а в это время судья уже громко объявляет следующую пару.

— Сударыня Гепара и Ее Высочество Айра из Шакхарии!

Я перевожу взгляд на теплицу.