Когда ворота ангара стали открываться, столпившиеся перед ними солдаты вскинули оружие, приготовившись изрешетить нахального террориста. Но вот когда перед ними появился нос боевого самолета-штурмовика, солдаты изрядно растерялись. А самолет пер на них. Пока он шел совсем медленно, со скоростью идущего пешком человека, но зато движение это было неотвратимо. Кто-то слабонервный нажал на курок. Очередь стегнула по стеклу пилотской кабины — но оно, разумеется, было бронированным. И уж никак не из обычного автомата было его прошибать. Тут же стали стрелять и остальные солдаты, на самолет обрушился целый свинцовый град.

Но никакого вреда штурмовику этот обстрел причинить не мог — как в того же бегемота из пословицы дробью палить. Даже хуже — бегемоту от дроби хоть больно будет, а здесь и того нет."

"А самолет постепенно разгонялся. Когда его нос оказался в нескольких метрах перед солдатами, те порскнули от него в разные стороны — как стая карасей от хищной морды щуки. Дальше на пути самолета были две машины — джип и легкий грузовик. В грузовике был водитель, и он успел освободить дорогу. В джипе же никого не было и он был отброшен в сторону, как пустая спичечная коробка.

Чтобы остановить движение штурмовика, на его пути нужно было поставить как минимум танк — а танка не было. Самолет продолжал ускорять движение.

Сабуров следовал за Скатом. Ему было даже проще — дорога расчищена. Он только видел сквозь пуленепробиваемое стекло кабины вспышки автоматных выстрелов, перекошенные в яростных криках лица людей. Их можно было понять — чай, не машины угоняли. Но сделать они ничего не могли.

— Андрей, слышишь меня? — раздался в шлемофоне голос Ската.

— Да!

— И я тебя слышу. Отлично! Ну, я начинаю взлет, давай за мной. Только проехать тебе подальше нужно, а то еще в задницу мне влипнешь. Как понял?

— Понял хорошо.

Колеса самолета Ската оторвались от земли, он стал медленно подниматься. Андрей выждал секунд сорок и тоже плавно потянул штурвал на себя — и земля стала уходить вниз. Внизу продолжали бесноваться солдаты. Один из них, кажется, даже зацепился за самолет. Но удержаться не сумел — и хорошо. Тут не голливудский боевик, забраться внутрь и отбить штурмовик у него едва ли бы вышло.

— Назад посмотри! — снова услышал Андрей голос своего командира. — Сейчас начнется!

И началось! Бомбы, поставленные Скатом на все оставшиеся в ангаре самолеты, сработали одновременно. Строение взлетело на воздух в самом прямом смысле — крыша отделилась от стен и подскочила, подброшенная ударной волной — а точнее, ударными волнами. Спустя мгновение на месте ангара, на месте наиболее современной, боеспособной, наиболее подготовленной к войне авиатехники бушевало море огня.