После долгих препирательств она все же пообещала не воровать, но вырвала у него разрешение оставить сумочку.

— Не могу же я, во всяком случае, положить ее на место. Раз уж она у меня, то лучше ее оставить.

Гарри решил, что пора искать квартиру, где их примут вместе с ребенком.

Все вечера он блуждал по маленьким улочкам, входил во все дома, где висели объявления: «Меблированные комнаты», но нигде не хотели принимать квартирантов с грудным ребенком.

Кое-кто из хозяев выражал ему свои симпатии. Они заверяли, что хотели бы ему помочь, но не могут этого сделать, так как другие жильцы не любят, когда их беспокоят крики новорожденных.

Что же касается Клер, то она не уставала ему выговаривать за свои длинные одинокие вечера.

— Ты, надеюсь, не думаешь, что я оставлю ребенка? — сказала она ему однажды. — Как только выйду из больницы, я положу его под первую же попавшуюся дверь и уйду.

Это было уже слишком!

— Клер, как ты можешь так говорить о нашем ребенке? Я тебе не позволю! Ты же будущая мать!

— Ладно, перемени пластинку и не морочь мне голову историями о материнской любви. Хорошо, я его оставлю, но уж не думаешь ли ты, что я буду его кормить грудью? Я страшно боюсь маленьких детей, да и форма груди от кормления ухудшается. Смотри, как они набухли! — Она бесстыдно оголила правую грудь. — Нет, лучше выброшу ребенка в море.

Гарри когда-то читал, что у беременных женщин бывают странные мысли, и он думал, что Клер не понимает того, что говорит. Все это заставляло его еще активнее искать квартиру.

Один из служащих ателье, с которым он работал, воспылал к Гарри дружескими чувствами. Это был веселый, хитроватый парень с лунообразным лицом. В петлице он носил значок секты, в которой был проповедником.

— Я попытаюсь вам найти что-нибудь среди своих, — пообещал он, — но вы должны вместе со своей женой прийти к нам на моление.

Гарри с трудом представил себе Клер на таком собрании. Он сказал, что его жена нездорова, а ему не хотелось бы оставлять ее одну.

Однажды вечером, вернувшись домой, Гарри с удивлением обнаружил, что Клер нет дома. В комнатах было неубрано, и ожидая ее возвращения, Гарри решил немного прибрать.

Когда он вешал халат Клер в шкаф, то заметил за одним из платьев легкий плащ, который наверняка Клер не могла купить, так как это была дорогая вещь в их нынешнем положении.

Гарри внимательно оглядел ящики и шкаф.

От того количества ворованных вещей, которое он обнаружил, ему сделалось дурно. Очевидно, нужно было довольно долго воровать, чтобы собрать такую массу различных предметов. Несколько потертых бумажников, спрятанных под матрацем, неопровержимо доказывали, что Клер снова принялась за карманные кражи.