— Вы действительно стащили у него кошелек?

— Конечно. Болван заслужил урок, и он его получил. Я знаю его адрес и отошлю деньги завтра.

— Но это… меня не касается… В нем было все-таки полсотни фунтов и неосторожно брать… Могут подумать, что вы…

— Что я хочу оставить его у себя? — закончила она смеясь. — Разумеется. Почему, вы думаете, я засунула его в ваш карман? — Клер провела рукой, поправляя свои чудесные волосы. — Я страшно испугалась, когда этот старый дурак заметил исчезновение денег. Я не думала, что он обнаружит пропажу до моего ухода.

— Но зачем вы это сделали?

— Этот старый пьяница принял меня за девку, и тогда я решила сыграть с ним шутку. Когда он положил свой бумажник на стол, я взяла его и засунула в сумочку. Он был настолько подшофе, что ничего не заметил. Потом я забыла о бумажнике. А когда кретин поднял шум, подумала, что лучше пока ничего не говорить и завтра отослать ему деньги. Это послужит ему хорошим уроком.

Гарри не нравились такого рода шутки, но он ничего не сказал. В глубине души ему было жалко Вингейта:

— Я мог бы ему отнести его сегодня вечером и объяснить все, — предложил он.

— О нет! — воскликнула она вдруг со злостью. — Не переживайте, он получит свои деньги, но пусть немного помучается. Налейте мне немножко и себе тоже. Курица нравится?

Гарри уверил ее, что курица замечательная, хотя он едва попробовал ее. Он решил выяснить все до конца.

— Расскажите мне о себе, — прервала его размышления Клер, — чем вы занимаетесь?

Гарри колебался.

«Стыдиться своей профессии глупо, — подумал он. — Если я хочу с ней встречаться, желательно, чтобы она все знала».

Ему было легко в присутствии Клер, и он подумал, что его профессия не будет ее смущать, так же, как и его убогая одежда.

— Я служу в фотостудии Муни на Леннокс-стрит, — сказал он, наливая себе виски. — Обычно я стою на углу улицы в Уэст-Энде и снимаю прохожих.

Он представил свою работу в самом неблагоприятном свете и ожидал ее реакции.

— Это забавно? — спросила она.

— По-разному. Зарабатываю немного, но, надеюсь когда-нибудь стать на ноги.

— Никогда бы не подумала, что такая работа может приносить доход. Сколько вам это дает?

— Говоря откровенно, я зарабатываю шесть фунтов в неделю, — признался Гарри.

— Теперь я понимаю, почему вы не пьете виски.

Несколько минут они молчали. Клер внимательно смотрела на огонь в камине:

— А вы могли бы найти что-нибудь более интересное. Я хочу сказать, более оплачиваемое."

"— Я не умею — признался Гарри, удивленный ее вопросом. — Кроме фотографии практически ничего не знаю и не умею делать. Когда я служил в армии на юге Италии, сделал несколько снимков и послал их на конкурс фотографов-любителей, который организовал один журнал. Случайно или нет, но я завоевал первый приз.