Поэтому просто завел мотор и поехал к первой же гостинице, которую обнаружил на гугл мэпс. К удивлению, с виду та оказалась вполне приличной. Номер, правда, выходил окнами на дорогу, но я к тому моменту уже неделю толком не спал, поэтому вряд ли это могло стать проблемой.

— В постели, надо полагать, ты будешь меня насиловать?

Я застыл как истукан после этих слов. Умела она приложить так, что каждый нерв в теле натягивался.

— В постели я буду спать, Вер. Потому как глаз не сомкнул с тех пор, как решил, что тебя похитили. Ты тоже, наверное, отдохни. Дорога домой будет утомительной.

В глазах Веры мелькнуло смятение. Мне даже показалось в тот момент, что у меня получилось до нее достучаться, но… нет. Это было бы слишком просто. Забегая вперед, скажу, что никто, конечно же, мою жену не насиловал. Право быть с ней я продавил спустя какое-то время после нашего возвращения домой. Она меня морозила, я терпел. А потом все же решил прояснить ситуацию.

— Вера, я обещал, что буду тебе верным. Но я не монах. Дай знать, если ты и дальше собираешься избегать близости, и я найду женщину для секса. Без обид.

Вера тогда сжала кулаки и, задрав нос, ответила мне очередной порцией молчания. Но когда я вернулся ближе к ночи домой с работы, в постели она была голой. И, кажется, я даже рассмотрел жгучую ревность на дне ее глаз. Может, потому и не побрезговал подачкой. Хотя именно как подачка это и выглядело. Лег сверху между ее бедер, опустил руку к бугорку клитора… И играл им, пока она не задышала чаще. Вера могла ненавидеть меня сколько угодно, но тело предавало ее.

А утром, оценив шаг жены навстречу, я сказал, гремя чашками:

— Ты хотела в экспедицию…

— И что?

— Я нашел спонсоров, чтобы там все по-человечески организовали… Яхту нормальную, то-сё… В общем, езжай.

— Ты серьезно? — хлопнула глазами Вера. — Вот так запросто? Езжай?

— Ну, ты же об этом мечтала, — пожал я плечами, подставляя чашку под рожок кофемашины.

— Аха. А ты всегда был против.

— Я… наверное, перегибал.

Она тогда глазами недоверчиво хлопнула и впервые за много-много дней улыбнулась, на секунду становясь вновь похожей на себя прежнюю.

— Ну и куда ты собиралась переезжать? Ты ж без океана не можешь, — проворчал я, а у самого все внутри сжалось. Стоило представить, что я остался один… Здесь. И за грудиной начинало ныть.

Вера грустно усмехнулась.

— Это, конечно, глупо — благодарить за то, что ты не мешаешь мне проживать свою жизнь, но зная, чего тебе это стоит — спасибо.

С тех пор так мы и проживали… жизнь. Постепенно все как-то наладилось. Ну, как наладилось? Стало сносным. И уже, наверное, привычным. А тут оказалось, что еще не все потеряно… И это застало меня врасплох. Меня… Того, кто был готов к чему угодно.

— Семен, что ты застыл? — одёрнул меня Верин голос.