Не думаю, что папа решил оставить меня нищей.

— Ой, леди Грейс, как то это не хорошо, за спиной то у леди Синтии…

— Очевидно, тётушка Маго, ты считаешь, что хорошо, это когда я прислуживаю леди Люции? Ладно, спасибо за рассказ, лера Маго.

И я ушла. Зря я, наверное, так с ней. Она просто кухарка и ничего мне не должна. И так, вопреки леди Синтии, подкармливала девочку. Но она взрослый человек. Неужели не понимает, как мерзко поступала Синтия с ребенком? Меня то не так и просто обидеть, а вот прежняя Грейс…

Додумать я не успела. В комнату вошла Синтия и отвесила мне здоровую оплеуху. Так, что я отлетела к стене и сползла на пол.

Несколько секунд я не соображала вообще ничего…

Она начала орать и лицо исказилось брезгливостью и гневом. Блондинкам не стоит нервничать. Выглядела Синтия сейчас как рыночная торговка — красное от злости лицо, раззявленный рот. Смысл воплей до меня дошел не сразу.

— Ты! Ты мерзкое отродье гнусного старика!!! Ты, дрянь такая, будешь делать всё, что я скажу! Иначе я отправлю тебя не камины чистить, а навоз убирать!

Я по прежнему сидела на полу у стены. Рядом стоял тот самый «советский» обшарпанный табурет. Я приготовила его чтобы вынести из комнаты. Вот им я со всей дури и ударила эту гадину.

Однажды я, еще в том мире, прослушала книгу, атора не помню, а вот кое-что запомнила. Назвалась она «Принцип карате». Ну, там в основном о жизни в доперестроечную эпоху, когда частный бизнес преследовался. Так себе сюжет. А вот сам принцип я запомнила. И для себя сформулировала так: «Удары наносятся изо всех сил, с максимальной скорость — в одну точку». Касалось это не только драки, хотя, несколько раз в общежитии мне приходилось драться с уродами, желающими «любви и нежности» прямо сейчас. Этот принцип хорошо действует и в жизни. Сидеть я не стала. Как только Синтия упала, я подскочила и наступила ей ногой на горло.

— Запомни! В следующий раз я оставлю тебя калекой на всю жизнь. Ты поняла?

Она держала меня за щиколотку обеими руками и пыталась спихнуть ногу с горла. Душить её я не собиралась, потому просто отошла в сторону. Она с трудом встала, а когда я попыталась помочь — шарахнулась от меня. Дверью хлопнуть она не посмела. Ну, оно и к лучшему. Чувствовала я себя мерзко. Тут и не сгоревший адреналин, и ощущение, что я перегнула палку… Хотя, умом, я понимала — эта высокородная дрянь медленно и методично жрала малолетнюю домашнюю девочку. Но всё равно — ситуация крайне гадостная.

К обеду я вышла сама и села на против Люции за длиннющим обеденным столом.

— Ты не должна тут сидеть! Твое место в самом конце. Скажи спасибо, что тебя вообще к приличным людям за стол пускают!

Она явно говорила мамиными словами.

— Запомни, Люция. Это мой дом. Это ты здесь — гость.