Медицинский отчет, подтверждающий, что Амира здорова и может рожать, завершил сделку.

Зуфар редко думал о ней, хотя во время недавних двух ужинов она казалась ему очень рассеянной.

Амира сблизилась с его сестрой, и Зуфар верил, что Галила сообщила бы ему о проблеме с предстоящей свадьбой.

Он нахмурился.

Управление королевством – его единственный приоритет. Особенно теперь, после внезапного отречения отца.

Он не будет думать о своем отце или о том, что бывший король уединился в летнем дворце после смерти своей жены и месяцами не разговаривает со своими детьми. Зуфар не станет думать о бессонных ночах и тяжелейшей работе, которую он проделал, чтобы спасти королевство от распада.

Сегодня его подданные ждут королевскую свадьбу. И они ее получат.

Зуфар вошел в апартаменты и остановился при виде явно огорченных женщин в гостиной. Две из них истерично болтали, а пожилая женщина их успокаивала.

– Которая из них? – спросил он.

Женщины повернулись к нему и испуганно ахнули.

Марван подошел к пожилой женщине, о чем-то спросил ее, и она указала на внутреннюю комнату. Зуфар распахнул двери, и на него нахлынули горькие воспоминания. Он вошел в огромную, пышно оформленную комнату, которая когда-то была домом его матери.

Его взгляд не задерживался на бесценных сувенирах, мехах и украшениях. Он не знал, какие предметы хранила в этой комнате его мать; какие среди них были подарки от его отца, а какие от ее тайных поклонников. Он не знал ее любимую книгу или цветок, потому что ему запрещалось заходить в ее апартаменты.

В редких случаях мать терпела Зуфара только на публике, где одаривала его притворным обожанием. В остальное время у нее не было даже доброго слова для него или его брата и сестры.

Он посмотрел на фигуру, которая, ссутулившись, стояла у изголовья широкой кровати. Девушка была такой хрупкой, что он едва ее заметил.

Если бы не ее бежевая одежда, которая резко выделялась на фоне золотого и кремового постельного белья, он принял бы ее за одну из подушек или часть богатой драпировки кровати.

Подойдя, он заметил, что ее тонкие плечи дрожат. Еще несколько шагов, и он услышал ее тихие рыдания.

Зуфар едва не выругался.

Ему не нравились плачущие женщины.

Стоящий у него за спиной Марван резко щелкнул языком.

Девушка резко выпрямилась, споткнулась о длинную бесформенную юбку и тут же упала на пол к ногам Зуфара.

Он ждал, нетерпеливо дыша, пока она встанет. Но вставать она явно не торопилась. Вместо этого она вытаращилась на его ботинки.

Зуфар откашлялся.

– Ты не могла бы полюбоваться моей обувью в другой раз? Сейчас на карту поставлена репутация моего королевства, – протянул он.

Резко вздохнув, она наконец подняла голову. Большие, заплаканные глаза медленно скользили вверх по его телу.