Верить! Легко ему говорить. Он привык заводить самые разные отношения с женщинами и менять их как перчатки. И воспринимает мир гораздо проще, с потребительской позиции делового человека. Ты мне, я тебе.

А я так не могу. Мне нужно нечто большее, чем приятное времяпровождение без серьезных обязательств. Так что Ангелина своими словами попала в мое самое болезненное место.

Жужжание моего старенького кнопочного мобильника из сумки отвлекает от унылых мыслей. На экранчике светится знакомый отцовский номер. Надеюсь, это знак, что он наконец вышел из последнего запоя и снова малюет свои жутковатые картины.

Однако вместо привычно вялого папашиного голоса я слышу деловито-базарный говорок мачехи.

— Привет Катерина. Как дела?

— Нормально, — отвечаю с неприятным удивлением. Ничего хорошего от этой хитрой алкоголички ждать не приходится.

— Вот что я подумала, дорогая моя… — вкрадчиво начинает Альбина. — Надо бы тебе и об отце своем вспомнить. Тяжело ему живётся на одном пособии, денег на пропитание ему выдели по-родственному, а?

— Пусть завязывает с выпивкой и на работу устроится, — холодно говорю я. — он достаточно и один на моей шее сидел. А теперь у него появились вы, вот и решайте свои семейные проблемы без меня. Вы же сами говорили, что теперь будете главной в доме.

Но мой упрек мачеха ожидаемо пропускает мимо ушей.

— Быстро ты отца родного забыла! И дочурку его младшую к рукам прибрала, против него настроила!

— Альбина, — устало вздыхаю я. — Хотите бесплатный совет? Не знаю, как и на что вы раньше жили, но если за счёт своих мужчин, то с папой такая схема не прокатит. Он не умеет зарабатывать деньги и не сможет вас содержать. Устройтесь на работу сами, пока он все остатки пособий не спустил на пойло.

Но мачеху мой ответ лишь возмущает до глубины души.

— Мала ещё советы старшим раздавать! — грубо рявкает она, теряя остатки напускной вежливости. — Раз по-хорошему не хочешь помочь, будет по-плохому!

Я хмурюсь, не очень понимая, что она имеет в виду.

— По-плохому — это как?

— А вот так! Отец родной воспитать нормально старшую дочулю не сумел, выросла тварь неблагодарная. Так хоть младшую получится от его кривого воспитания избавить. Может, она у знающих людей научится старших уважать и не пойдет по стопам своей старшей сестрицы! А то у тебя только и можно выучиться, как нос повыше задирать!.

— Не понимаю, о чем вы говорите. Что за бред?

Меня стремительно охватывает плохое предчувствие. Все эти намеки насчёт кривого воспитания могут означать лишь одно.

— ВСЁ ты понимаешь, деточка! Службу опеки я натравлю на вашу жалкую семейку! — торжествующе объявляет Альбина, безошибочно почуяв в моем голосе слабину.