– И вы его впустили?

Дьютифул молча смотрел на меня несколько мгновений, а потом смущенно ответил:

– Он был моим другом. Это ведь он подарил мне кошку, Том. Ты же знаешь, как много она для меня значила.

– Я знаю, с какой целью был сделан подарок. И вы тоже! Сивил Брезинга может оказаться опасным предателем, мой принц, ведь он уже однажды вступил в сговор с Полукровками с целью увезти вас из замка, подальше от трона и вашей матери. Вам следует научиться осторожности!

Уши принца покраснели, так сильно задел его мой выговор, однако он сумел с собой справиться и ответил мне ровным голосом:

– Сивил говорит, что он не участвовал в заговоре.

Никто из их семьи не имел к нему никакого отношения. Я имею в виду – к заговору. Неужели ты думаешь, что он пришел бы ко мне объясняться, если бы дело обстояло иначе? Ни он, ни его мать ничего не знали про… кошку. Им даже не было известно, что я обладаю Даром, когда они подарили мне ее. Бедняжка моя. – Голос у него внезапно дрогнул, и я понял, что сейчас он думает только о своей потере.

Его слова переполняла боль утраты, и моя собственная стала еще острее. У меня возникло ощущение, будто я поворачиваю нож в ране, когда я безжалостно спросил:

– В таком случае зачем они это сделали? Кто-то пришел к ним, привел с собой охотничью кошку и сказал: «Вот, вы должны подарить ее принцу».

Весьма необычная просьба, вам не кажется? И еще: они так и не назвали имени того, кто передал им кошку.

Дьютифул собрался что-то ответить, но потом передумал.

– Сивил поделился со мной секретом, – сказал он наконец. – Разве я могу обмануть его доверие?

– А вы обещали не открывать его тайну? – спросил я, опасаясь услышать ответ.

Мне нужно было знать, что сказал ему Сивил, но я не мог попросить принца нарушить слово.

На лице Дьютифула появилось удивленное выражение.

– Том Баджерлок, аристократ никогда не попросит своего принца «никому не открывать его тайну». Слишком велика разница в положении.

– А как насчет этого разговора? – грустно поинтересовался Шут.

Его вопрос заставил принца весело рассмеяться, и напряжение мгновенно рассеялось. Причем я даже не подозревал о нем, пока Шут всего несколькими словами не восстановил между нами равновесие. Как же странно после стольких лет снова увидеть в нем это диковинное качество.

– Да, конечно, я понимаю, что вы имеете в виду, – не стал спорить принц.

Дальше мы поехали рядом, и некоторое время тишину нарушали лишь ровный перестук копыт да свист ветра в ветвях.

– Он не взял с меня никакого обещания, – вздохнув, проговорил принц. – Но… Сивил преклонил передо мной колени и принес извинения. Мне кажется, когда человек так делает, он имеет право рассчитывать на то, что его тайна не станет темой для сплетен.

– Она не станет темой для сплетен, мой принц.