Потому что эту бормоту только алкаши бы и осилили. На вкус складывалось впечатление, будто кто-то моющего средства добавил и размешал. Ради пены.

— А мне много и не надо. Организм молодой, не привыкший к дешевому пойлу. Пожинай плоды.

— И кто теперь морду мне чинить будет?

— Пластический хирург? Хотя твоей морде уже ничего не поможет… А, — насмешливо взираю на него через плечо, делая вид, что до меня дошло. — Ты не про себя. Ну не знаю. Отремонтируешь. Для этого специально обученные люди вроде есть.

Разумеется, он о машине, потому что именно ее передок теперь знатно помят.

После того как с невинным «у-упс» бэха неудачно вписалась в фонарный столб, там же, недалеко от бара.

Сама не поняла — специально я перепутала педали или нет. Все произошло быстро и спонтанно. Хотя, наверное, больше намеренно. Не знаю. В общем, пока матюкающийся водитель ждал гайцов, я свалила на такси, феерично закончив наше свидание.

Ну а что? Неужели он рассчитывал на продолжение банкета и кофеек у него дома под мерцание свечей? Пусть спасибо скажет, что не всмятку расфигачила тачку. Жалко было, я ж не совсем зверюка. А вот чуток подпортить товарный вид…

— Э, нет.

Не пойдет так, родная, — меня грубо разворачивают к себе, вцепившись в запястье и вынуждая вжаться поясницей в металлическую реечную стойку, по которой обычно катаются подносы. — Ты мне теперь должна.

— За ремонт платить не собираюсь. Я на мели, сам знаешь."

"— Да плевать на ремонт. По-другому отдашь, — мало того, что лапает, так Денис еще и нависает надо мной, решив, видимо, сверху сесть и ножки свесить. Уже и так стою, выгнувшись назад, но дальше не получается. Витрина мешает.

— У тебя секс во всем обменная валюта? А в банке как расплачиваешься?

— Не вали с больной головы на здоровую.

Я не про секс.

— Еще увлекательнее, — вежливо отодвигаю его, касаясь кончиками пальцев мягкой ткани толстовки. Шмотка недешевая, естественно. — Не мог бы выдерживать дистанцию? Если мы ели из одной тарелки, это еще не значит, что я согласна посягательству на личное пространство, — морщу нос, в котором неприятно щекочет. — И зачем так ядрено заливать себя одеколоном? Свою природную вонь тебе все равно не отбить.

— О, это не я. Все претензии к водителю такси и его ароматическим елочкам.

Мне ведь пришлось ехать сегодня в универ своим ходом.

— Бедненький. Сочувствую. На метро еще не катался, не? Попробуй. Освежает.

— Твой рот явно надо занять чем-то. Много болтает.

— Оставь свои фантазии при себе, окей? И отойди на пару шагов, — щекотка в ноздрях достигает пика, но даже почесать переносицу не могу. Кисти в капкане.

— Зачем? — сам виноват. Ответом становится мой громкий чих. Громкий влажный чих прямо ему в лицо. Ржу в голос, глядя на неподражаемую мимику Волкова.