— Впервые на лице Виталия я увидел ехидство, злое такое, недовольное и не приятное, он ревновал меня и ревновал сильно, хорошо, что я с завтрашнего дня перестаю быть его начальником, иначе, такое чувство могло бы помешать работе. — Она Вам чуть ли не в рот заглядывает, а еще, она всегда прическу поправляет, перед тем как Вы приезжаете. Вот!

— Между нами ничего нет. — Отчеканил я и обойдя здоровяка направился к себе, ох уж мне эти шекспировские страсти, мне вот только не хватало, чтобы этот Отелло меня придушил в приступе ревности. А Варька…Эх, в пролете Виталик тут со своими цветами, ей другой нужен, роковой, сильный, умный, наглый и равнодушный, не зря она с Чекалиным хороводится, этот как раз ее тип, если б не разница в возрасте, у них бы легко все сложилось. А Виталька, он романтик, цветочки вон потащил, лучше б три бутылки шампанского и две пачки презервативов купил, тогда бы хоть заинтересовал богиню. Я ухмыльнулся своим мыслям, нет тут я тоже не прав, Варвара пока еще недостаточно цинична, вот через полгода, год, тогда да, а пока…

Птиц я застал на кухне уплетавших бутерброды из черного хлеба с салом, с моим салом, с тем самым, что я привез с фермы.

— Дима! — Они подняли ко мне личики, испачканные темными ржаными крошками.

— Девочки! — Кивнул я. — А ну ка, сделайте мне таких же бутербродов. И чаю! — Если честно, я не рассчитывал на то, что они меня послушаются, но нет, уже через минуту, передо мной оказалась дымящаяся кружка и пара бутербродов. — Как дела? Что в городе слышно?

— Да что там может быть слышно. — Надулась Юна. — Там холодно ветрено и снежно!

— А еще в меня камнем кинули. — Возмутилась Алька. — Представляешь? Вот прям камнем. Вот прям в меня. Я еле увернулась.

— Кто посмел? — Удивился я. — Мальчишки? Почему ты сразу мне не сказала?

— Мужик! Бородатый. — Продолжила жаловаться птица.

— Узнать его сможешь?

— Смогу. Он на рынке, рядом с вокзалом торгует.

— Покажешь мне его. — Нет, ну это уже ни в какие ворота не лезет, девчонки маленькие, их камнем и убить можно, так что это покушение. Завтра же выкачу претензию местным, агрессивные действия должны караться. Сделав себе пометку, завтра же позвонить Орлову, я допил чай и отправился спать.

Постель все еще хранила запах Васьки, запах страстной женщины и в сон я провалился с мыслями о ней, интересно, увижу я ее еще когда-нибудь? Вряд ли она появится до весны, до того самого дня, когда я предстану перед Кощеем…

— Проснись и пой! — Меня схватили за плечи и принялись трясти, вот и откуда в этой маленькой девчонке такая силища, а главное зачем она применяет ее ко мне? Я глянул в окно. Темно! До рассвета еще далеко, раннее утро или поздняя ночь, суббота, а меня тут будят, нагло и беспардонно.

— Варь! — Буркнул я, и попытался снова закрыть глаза.

— Просыпайся говорю.