— Потребовал я, когда мы запарковались у отдела, Варька послушно потыкала в экранчик смартфона и мой телефон глухим гудением сообщил мне, что она прислала мне снимки.

Я сидел в своем кабинете на втором этаже и рассматривал фото, бывал я тут редко, мало того, что лестница мне не нравилась, так еще, тут было дико скучно, там внизу была жизнь, перепалки с Варькой, бухтение Виталия, рассуждения волка на тему достоинств тех или иных пирогов. А тут… Скука! Но именно скука и тишина мне сейчас и были нужны. Я пялился на фотографии с фермы и пытался вспомнить, где же я такое видел. Память подводила, и я глупо пялился на изображение.

В итоге я плюнул и набрал той, у кого по моему мнению было больше всего информации про порождения Института.

— Дима? — В голосе Василисы слышались веселые нотки. — Ты уже соскучился?

— Соскучился Василиса Андреевна. Соскучился! Внезапно понял, что ни секунды без Вас не могу. — Начал дурачиться я.

— Ой, да ладно. — Голос девушки внезапно стал серьезным. — Я ж не эта твоя наивная дурочка, говори, чего надо. — Про какую наивную дурочку она сейчас говорит, я понятия не имел, с утра она вскользь упоминала про Марью, но эту циничную холодную стервочку трудоголичку, уж точно наивной назвать было нельзя."

"— Василиса Андреевна, у меня тут дельце образовалось, похоже на проделки кого-то из наших. — Да, все именно так, теперь Институтские стали для меня своими, окончательно и бесповоротно, в моем кругу совсем не осталось обычных людей, начинали было общаться с Сан Санычем, но он сам отморозился и начал считать меня чуть ли не монстром, вернее, предателем всего рода человеческого, пытался я строить какие то отношения с девушкой Аленой, но быстро понял, что со сказочными женщинами мне уютнее, они мозг выносят меньше и к отношениям подходят куда как проще.

— Дельце? — Повысила голос Василиса. — Дим! Мы про что с утра с тобой разговаривали? Какие к черту дела? Делегируй все Варваре! Немедленно! А сам займись Бельским! Дим! Я серьезно!

— Так Вы же сами сказали, что я буду следователем по особо важным делам. — Не согласился я. — А это, быть может оно самое.

— Я тебя убью при встрече. — Пообещала мне Василиса, но голос ее стал заметно тише, значит взяла себя в руки, странно вообще все это, раньше мне никогда не удавалось вывести ее из себя, а тут, смотри-ка, буря эмоций. И главное из-за чего? Из-за меня? Правда, что ли влюбилась? Это она зря, чувство ее безответно. Я вообще сомневаюсь, что люди за тридцать сохраняют способность влюбляться, цинизм и расчет убивают всю юношескую романтику и мы начинаем смотреть на других людей иначе, как на источник выгоды что ли. Дружба, и то меняет свое значение, а тут, любовь. Хотя вот к Яре, там да, я что-то испытал, что-то такое, что до сих пор вызывает на моих губах улыбку.